Предыдущая часть закончилась на том, что я сидел в своем кабинете в Главке осенним вечером 2007 года, когда почти все следаки разъехались по домам, когда дверь в кабинет неожиданно распахнулась, и я увидел незнакомого мне генерала, да еще и не из моего отдела (напомню, что в Главке есть несколько отделов, каждый из которых расследует исключительно свои дела – убийства, экономику, коррупцию и т.д.). Генерал, не спрашивая меня ни о чем, сказал «Сейчас идешь со мной в 626 кабинет, есть срочная работа, распечатай побольше бланков обыска/выемки, пару протоколов допроса свидетелей и пару протоколов осмотра места происшествия и осмотра предметов. С твоим шефом я все согласую». Ну, с генералами капитанам спорить не стоит, поэтому, я собрал «тревожный чемоданчик», нагрузил в него все требуемые генералом бланки и протоколы, оделся и спустился в нужный кабинет. Кроме генерала в кабинете уже было человек 5 следаков, мне незнакомых, то есть, с других этажей здания (как правило, первые полгода-год командировки ты общаешься только со следаками со своего этажа), из других отделов.
Генерал сообщил, что он расследует многоэпизодное дело по экономике, одним из действующих лиц которого потенциально является то ли сенатор, то ли замминистра (очень обтекаемо и непонятно сказал, видимо, чтобы не слили информацию) – то есть, в любом случае, лицо крайне непростое. Оперативное сопровождение оказывают фээсбэшники центрального аппарата, и сейчас все делятся на пары – следователь/фээсбэшник, разбирают запечатанные конверты (генерал раздал каждому следователю по большому коричневому конверту), садятся во дворе в машины к фээсбэшникам, едут к зданию ФСБ на Лубянке, и ровно в 23.00 вскрывают совместно конверты каждый в своей машине, внутри конверта находят постановление о производстве обыска, читают адрес и едут каждая машина в свой адрес. Отдельно генерал просил нас с сотовых телефонов не звонить никому кроме него (дав свой номер), только принимая звонки. Такие меры предосторожности нужны для того, чтобы никто – следователь или приставленный к нему опер – не слил информацию об обыске заранее «налево». Генерал проверил у каждого наличие бланков, прочитал инструкцию, на что при обыске обратить внимание, переписал наши данные, чтобы составить заранее постановление о следственной группе. Мы же парами спустились на лифте вниз и разошлись по машинам.
Мне достался фээсбэшник в «сотом» тонированном наглухо Крузаке без номеров, который вначале посадил меня в машину, потом вынул из багажника стопку номерных знаков, и пошел прикручивать какие-то из них к машине, мне не показывая. Приехали мы за 20 минут к зданию ФСБ, я посмотрел на часы…блин, еще 1,5 часа до вскрытия конверта. Напоминаю, октябрь 2007, никакого мобильного интернета, айфонов, или мобильных читалок в «гаджете». Мой невольный напарник, будучи похоже крайне опытным в таком ожидании, достал из бардачка толстенный журнал со сканвордами, и погрузился в приятное времяубивание. Со мной он разговаривать отказывался «не положено до вскрытия конверта». Ну и хрен с тобой, хорошо, что полная пачка сигарет с собой. Я прокурил кожаный салон Крузака насквозь, когда в 22.30 раздался звонок от генерала «Время обыска сдвигается, прямо сейчас вскройте конверт, прочитайте мне вслух свою фамилию, фамилию опера и адрес, который будет в постановлении». Я в присутствии фээсбэшника конверт вскрыл, прочитал адрес (что-то на Софийской набережной), после этого генерал сказал отзвониться ему, когда мы войдем в квартиру и повесил трубку. Мы с невольным напарником поехали «в адрес». По дороге фээсбэшник вызвонил кого-то, и через 5 минут мы подъехали к зданию, где нас ждали два молодых парня.
Не забудьте ставить лайки и подписываться на канал "Истории Следака", чтобы не пропустить очередную часть моей истории.