Сегодня, 1 ноября 2019 года в России вступили в силу поправки к законам "О связи" и "Об информации, информационных технологиях и защите информации", сразу после появления на свет, сперва получившие неофициальное название "закон о суверенном Рунете", тут же превратившееся у связистов в мем "сувенирный Рунет". Поправки были приняты Госдумой 16 апреля. Инициаторами поправок считаются сенаторы Андрей Клишас и Людмила Бокова, и депутат Андрей Луговой.
Закон предусматривает размещение на сетях операторов связи специального оборудования от Роскомнадзора, которое позволит ведомству при необходимости фильтровать и маршрутизировать трафик, ограничивать доступ к запрещённым ресурсам, а к 2021 году должна быть создана национальная система DNS, способная полностью обеспечить работу отечественного сегмента глобальной сети в случае отключения его от общемировой системы доменных имён.
Немедленно после обнародования положений, закон "о суверенном Рунете" подвергся массированной критике со стороны правозащитников и технических специалистов в области связи, но политиков это не остановило.
На реализацию поправок государство готово потратить 30 млрд. рублей.
Мы попросили экспертов в области телекоммуникаций прокомментировать ситуацию и оценить жизнеспособность закона.
Дмитрий Галушко, к.ю.н., генеральный директор, ООО "ОрдерКом":
Наше государство не так давно вдруг осознало, что интернет – это угроза для его монопольной власти. Но угроза эта исходит не столько от волеизъявления самих людей, сколько от воздействия на их умы со стороны конкурирующих сил. Государственные чиновники по инерции говорят об идеологических кознях со стороны других государств, хотя следовало бы говорить скорее о власти транснациональных корпораций, которые воздействуя на среду общения в глобальной сети могут проталкивать нужные им политические решения. Благо, их не останавливают никакие законодательные ограничения и они просто идут к цели кратчайшим путём.
Любое государство (не только наше) понимает, с какой стороны можно ждать угрозу из интернета, поэтому, в той или иной мере, попытки установить контроль над интернетом предпринимается практически повсюду в мире. Но во что это выливается, зависит во многом от исторического опыта населения, психологии людей и менталитета чиновников.
Попытки контроля за населением в интернете наши люди воспринимают как традиционный для власти акт насилия. Сопротивление этому насилию возникает спонтанно, мгновенно и повсюду. Сперва это сопротивление почти незаметно, но чем больше проходит времени и чем активнее действует государство, тем мощнее становится ответная реакция. В этом смысле, поведение людей похоже на свойство воды: водный поток легко остановить дамбой, но накопив мощи, водяная стихия в состоянии разметать любые преграды. Тем более, что век цифровых технологий прекрасно ложится на матрицу поведения приматов, умеющих очень быстро копировать и перенимать чужой положительный опыт. Любой запрет со стороны власти немедленно становится вызовом, на который необходимо не просто ответить, но и максимально растиражировать способы сопротивления среди своих.
С другой стороны условной баррикады находится русский чиновник, традиционно воспринимающий свою должность как разрешение взять тот или иной участок отрасли, от него зависящий, себе "на кормление". И как только государство выделяет средства на запретительные меры, первый удар по ним наносит "барин", контролирующий ту или иную часть процесса. Деньги неизбежно разворовываются и просто тратятся напрасно в силу чиновничьей некомпетентности.
Поэтому, хоть усилия государства вполне понятны и предсказуемы, на практике, в ближайшее время, в том виде, как это заявлено, ничего толком работать не будет.
Михаил Климарев, исполнительный директор ОЗИ, член комитета "некоммерческие организации" в ICANN, участник IGF, создатель и ведущий канала в Telegram "ЗаТелеком":
Никаких "сувенирных рунетов" не будет. Нужно понять главное - политические декларации правящих властей совершенно не обязательно воплощать в жизнь. Денег, конечно, украдут, это правда. Но поскольку их и предназначено красть, то делать никто ничего не будет.
Российский интернет спасёт три вещи: коррупция, профанация и плохая исполнительская дисциплина.