Эту историю я услышал несколько лет назад от одной женщины, с которой мне посчастливилось познакомиться. Дело было в конце августа, когда летняя жара уже спала и воздух был пропитан бархатным теплом близящейся осени. Я ехал в электричке из одного небольшого городка. Обстановка вокруг была привычная. Тихий гул разговоров людей и мерный стук колёс убаюкивали одиноких пассажиров, а смазанный пейзаж за окном уводил мысли вдаль.
Напротив меня сидела женщина лет тридцати пяти. Она выглядела очень счастливой, лёгкая улыбка освещала её лицо, ветер, дувший из приоткрытого окна, играл с её тёмными, слегка волнистыми волосами. Моя спутница смотрела на проносящиеся мимо деревья, сменяющиеся широкими жёлтыми полями, время от времени доставала из сумки пиликнувший телефон и отвечала кому-то на сообщения. Я не мог отвести взгляд от неё, наслаждаясь её заразительной улыбкой и аурой, которая расходилась вокруг женщины мягким облаком, касаясь своими краями и меня. Я решил заговорить с ней.
- Откуда Вы едете? - задал я незамысловатый вопрос.
- Из Бокситогорска, - её голос был таким же приятным как и весь образ.
- Вы выглядите такой счастливой. Не будет ли наглостью с моей стороны, если я поинтересуюсь, что стало причиной такого настроения? В наши дни редко встретишь человека, который бы так заразительно улыбался. И позволите узнать Ваше имя?
- Нет, что Вы, - немного смутилась женщина. - Меня зовут Вера.
- Очень приятно, меня - Ярослав Викторович. Можете называть меня просто Слава.
- И мне очень приятно, Слава. Я даже не знаю, с чего начать.
- Начинать принято с самого начала, - ободряюще улыбнулся я ей. - Если я не ошибаюсь, вы живёте не в Бокситогорске.
- Верно, - слегка удивилась Вера, - как Вы догадались?
- Я хорошо знаю жителей этого городка, часто там бываю и наверняка мы бы повстречались раньше, если бы Вы жили там.
- Точно. Я в Бокситогорске раньше никогда не была. И вот довелось. Если честно, не думала что окажусь там когда-нибудь, но жизнь такая непредсказуемая.
- Вы абсолютно правы.
- Вы спросили о моём настроении. Я сегодня побывала в детском доме и это так грустно, столько детишек. - Она посмотрела прямо на меня. В её глазах блеснули слёзы и она продолжила свой рассказ. - Такие все замечательные, хорошие. А как они смотрят, сколько надежды в них. Последние пару месяцев я долго думала и решилась взять ребёнка. Мой старший сын в армии, он уже вырос, скоро будет заниматься своей жизнью, уедет. Я вдруг ощутила себя такой одинокой, захотелось снова почувствовать себя нужной кому-то. Я как-будто не успела растратить всю заботу, которая у меня есть. Долго думала, решалась, советовалась с мамой, сыну в армию написала письмо, спрашивала мнение подруги. И, что удивительно, от каждого я услышала только слова одобрения и поддержки. Никто не сказал, что я ненормальная, не усомнился в том, как я буду растить чужого ребёнка. Я не ожидала, если честно, такой реакции. Ещё несколько дней всё взвешивала, искала где находятся детские дома, ночами не спала и наконец вчера решилась. Купила билет и утром поехала с твёрдой решимостью взять ребёнка. Я всегда хотела дочку. И вот решила, что судьба сама подталкивает меня.
- Вера, вы - удивительный человек. Мало кто решится на такое. Это огромная ответственность.
- Я знаю, но при этом чувствую в себе силы и большое желание сделать это. Я приехала в детский дом. Меня встретила директор и мы прошли с ней в её рабочий кабинет. Очень милая женщина, уставшая, видно, что ей нелегко приходится. Она рассказала мне о процедуре, как проходит усыновление ребёнка, какие детки живут здесь, показала фотографии. Я сказала ей, что хотела бы взять девочку. Вообще странное, немного неприятное чувство было. Я словно присутствовала на каком-то рынке, где приходилось выбирать детей по фотографиям. Я спросила директора, могу ли я пройти посмотреть на ребят, познакомиться с ними. Она, Валентина Григорьевна её зовут, отложила папку с личными делами детишек и попросила пройти за ней. Как я волновалась! Думала, что сердце из груди выскочит. Тело словно сковало. Но я пошла, стараясь делать вид, что всё в порядке. Мы вышли из кабинета, прошли по коридору и остановились перед белой дверью. "Сейчас у них свободное время, они играют. Пройдите тихонечко, посмотрите. Я рядом постою с Вами", - сказала она и открыла дверь, где были дети. Кто-то играл в углу, кто-то носился по всей комнате. С ними сидела воспитатель, которая кивнула нам, когда мы вошли.
Я следил за Верой, внимательно слушая её и наблюдая, как меняется выражение её лица, на котором отражались все эмоции, которые ей довелось сегодня пережить. "Какая отважная женщина" - восхитился я, а она продолжала.
- И тут, не успела я войти, ко мне побежал мальчик, в потрёпанной кофте, рваных штанах, весь чумазый. Он накинулся на меня с криком: "Мама" и обнял, чуть не сбив меня с ног. Валентина Григорьевна удивлённо посмотрела на нас, но ничего не сказала, лишь переглянувшись с воспитательницей. Я была в совершенно шоковом состоянии, заплакала, села на корточки и спросила как зовут мальчика.
- Кирилл, - с вызовом назвал он своё имя. Я спросила как у него дела. Он сказал, что хочет поехать со мной.
Сидя в электричке, Вера снова расплакалась. Я подсел на скамейку, на которой она сидела, приобнял её за плечи и погладил по голове. Волосы у неё были жёсткие, неподатливые. Я подумал, что они отображают в точности её решительный характер.
- Мы пошли гулять с ним по двору. Нам дали двадцать минут. Я спрашивала о том, как ему живётся здесь, он рассказывал о ребятах, которые его обижают. После нас позвала директор, Кирилла забрала воспитательница. Он не хотел уходить, плакал и спрашивал когда я вернусь. Я пообещала вернуться скоро. В кабинете Валентины Григорьевны я написала заявление на опекунство, оказывается нельзя сразу усыновлять, государство должно было удостовериться, что отдаёт ребёнка в надёжные руки. Договорились, что я соберу необходимые документы и потом смогу забрать мальчика домой. На всё потребуется не меньше месяца. Директор сказала, что я могу приезжать видеться с ним, гулять, знакомиться, она как раз посмотрит как складывается наше общение.
Вера посмотрела на меня и тихо произнесла:
- Ехала за девочкой, а нашла Кирилла.
Я не мог произнести ни звука и просто смотрел на эту отважную женщину, не веря, что такие истории случаются на самом деле. Так мы проехали остаток пути вместе в размышлениях. Она уносилась мыслями обратно к Кириллу, а я находился в прострации, ощущая непередаваемое вдохновение.
