Никто не знает откуда взялась эта напасть. Жак помнил лишь сильный холодный порыв ветра, который заглушил все звуки этого грешного мира. Внутри от этого все похолодело и на секунду сжалось. Потянулись часы, а возможно и минуты (Бородинский не ориентировался в тот момент во времени). Весь мир чего-то ждал, возможно бури. И он её получил: по крышам начал барабанить дождь. Тук тук, кап как, слышалось на затихшей улице. Все люди попрятались в своих домиках, дабы не замёрзнуть под холодным природным душем.
Жак стоял под окнами хорщовки и мок. Гусиная кожа покрыла каждый сантиметр его кожи, а холод пробрался за ворот и теперь сильными ударами пытался пробить брешь в организме юноши . Чего ждал Бородинский? Он не знал. Просто хотелось понять всю суть дождя, его природу, да только не ту, про которую нам обычно рассказывают на уроках в школе, а духовную сущность всего этого. Быть может пар, выходящий изо рта в холодное время, это вовсе не охлаждённый теплый воздух, может это один из способов общаться с небом? Этот вопрос волновал сердце юного мечтателя. Он шептал что-то непонятное, наблюдая за тем, как из его рта выходят струйки белого пара. В какие-то моменты Бородинскому даже казалось, что завывающие порывы ветра - это и есть ответы небес. Каждый звук этих воздушных движений отрок пытался перевести на человеческий язык, но ему это мало удавалось, но несмотря на это, интерес к этому занятию вовсе не угасал, а даже напротив рос со скоростью геометрической прогрессии.
Дождь усиливался, и казалось стал плотнее и чуточку теплее. Тело юноши быстро наполнилось теплом, душа ликовала. Но какой-то внутренний голос твердил о надвигающийся угрозе, но разум упорно его не слушал, продолжая нежиться в тепле. Неладное герой почуял нескоро, лишь когда у него в буквальном смысле начал таять большой палец. Бородинский впал в некое оцепенение. Сложно было принять это - ещё труднее понять. А потом бежать герой пустился, лишь когда палец полностью растаял и стек на асфальт красно-бежевой жижей. Смотреть на эту субстанцию было крайне противно, а потому Бородинский отвёл взгляд и рванул, что было сил, стараясь уйти от этого всепоглощающего дождя...
Дома таяли под его напором, асфальт плавился, как оловянная проволока, когда к ней прикасаются нагретым паяльником. И всё это действо сопровождала тишина. Никто не успевал что-либо крикнуть: растворялся быстрее, чем успевал что-либо понять. Город превращался в одну огромную лужицу. Человеческая цивилизация погибала. Через 10 минут после начала конца Жак растаял. Ужас застыл на его лице за секунду до неизбежного...
Через 100 лет лужи оставшиеся от людей и от мусора, который они после себя оставляли, высохли, породив тем самым новые виды растений и животных. А на месте гибели Бородинского теперь растет стая летающих маргариток...