В жизни любого лётчика, пролетавшего с десяток лет и более, обязательно найдутся в его лётной практике полёты, которые запомнились ему больше других, выделяясь из сотен и тысяч обыкновенных, проходивших спокойно и штатно…
Необязательно такие запоминающиеся полёты бывают связаны с экстримом. Бывают и просто забавные случаи, сюжеты которых подкидывает сама жизнь и они бывают такие замысловатые, эти сюжеты, что просто вот взять и выдумать их невозможно!
Сегодня воспоминаниями делится старший лейтенант Авдонин Валерий Павлович.
Комэска выплюнул окурок «Беломора» и спросил:
– Ну что, все понятно?
Мы, трое ведомых его группы, промолчали.
Комэска вытер шею и лицо большим вафельным полотенцем, которое он носил на шее в виде шарфа и взглянув на нас исподлобья, буркнул:
– Ну, тогда по самолетам!
Комэска был толстым, невысоким мужиком, вечно чем-то недовольным. Он всегда потел, и полотенце, которым он обматывал шею, было чем-то вроде носового платка.
Второй день полк участвовал в учениях. Сегодня нам предстояло лететь на полигон и бомбить колонну техники условного противника.
На самолеты подвесили по две 250-килограммовых бомбы.
Для нас, летчиков-истребителей, задача нанесения ударов по наземному противнику- не очень-то характерная, но предусмотренная боевым уставом. А потом, нас никто и не спрашивает!
В строю звена я, старший лейтенант, был четвертым. Крайним. А что это значит? «Соси» крыло ведущего, не вякай и делай, что скажут.
Запустили, вырулили, взлетели, построились.
Под нам Белоруссия, ее юго-западная часть. Мелкие кустики, речушки, болота. Одним словом, Полесье. Ориентиры невнятные.
На Миг-21 из навигационных средств только и есть: курс, скорость, время.
Чем ближе подходим к полигону, тем видимость хуже…
Интересно, как мы найдем полигон и, тем более, как увидим цель? Эта мысль очень тревожила меня, я заранее представлял, как мы все, и я в том числе, бросим бомбы и не хилые, куда-нибудь не туда, что за этим последует и как грустно все это будет выглядеть.
– Внимание, бросать будем по моей команде!
Это комэск. Гора с плеч! Как говорят в ВТА: «наше дело правое: не мешай левому!» Все просто! Группа уменьшила дистанцию между самолетами. Время на исходе, полигон все ближе. А видимость-то еще хуже стала.
Ведущий увеличил обороты, устанавливая расчетную для бомбометания скорость.
Включаем! Я щелкнул выключателем тактического сброса – электроцепи сброса бомб разблокированы. Томительное ожидание, указательный палец нащупал кнопку сброса бомб.
По-прежнему ни зги не видно.
По радио голос комэска:
– ПРИГОТОВИЛИСЬ! СБрро---сать!
Доли секунды, которые кажутся очень длинными. У моего ведущего сходят две 250-кг чушки, нажимаю кнопку – слышен четкий щелчок бомбосбрасывателя, бомбы пошли.
Комэска:
– НЕ БУДЕМ!
Голос Кирилыча, моего ведущего:
– Ну…. Твою мать!
После посадки бомбы висели только под крыльями самолета комэски. Люблю Белоруссию. Там болот много.