Когда Потемкин выбился в люди и стал любимцем Екатерины II, некий сельский дьячок, который некогда учил маленького Гришку Потемкина грамоте, решил на старости лет и от большой нужды отправиться в столицу и искать покровительства своего бывшего ученика.
Прибыв в Петербург, дьячок этот сразу отправился во дворец, где жил Потемкин. Назвав себя, он тут же, к своему удивлению, был принят.
Князь встретил его вежливо и радушно, как старого учителя. Усадив его рядом с собой в кресла, Потемкин спросил, за каким делом тот пожаловал.
- Да вот, Ваша Светлость, - начал дьячок, - пятьдесят лет служил верой и правдой, а теперь выгнали за ненадобностью: говорят стар стал, глух и глуп. Приходится теперь побираться на паперти, а я ведь еще и послужить бы мог Отечеству и государыне нашей. Не поможешь ли?
- Похлопочу, конечно, - ответил Потемкин. - Да только куда пристроить тебя? Может в соборные дьячки (певчим)?
- Э нет, государь, голос уже у меня не тот стал. Да и вижу я плохо, едва буквы разбираю, а хлеб даром все же есть не хочется.
- Ну так куда же тебя устроить, брат?
- Ну это ты сам решай, Светлейший, тебе виднее.
- Ну и трудную же ты задачу мне дал. Ладно, - говорит Потемкин, - я пока подумаю, а ты завтра приходи, авось придумаем что-нибудь.
На следующий день дьячок также явился во дворец.
- Ну, старина, придумал я тебе работу! - радостно встретил его князь.
- Вот спасибо тебе, Светлейший, но что же мне делать надо? - спросил дьячок
- Знаешь Исаакиевскую площадь? - спросил его Потемкин.
- Как не знать, второе утро мимо нее хожу к тебе.
- А Фальконетов монумент императору Петру Великому видел?
- Да.
- Ну так вот, сходи же туда еще раз и посмотри, благополучно ли он стоит, и тотчас доложи мне.
Дьячок в точности выполнил повеление князя.
- Ну что, стоит? - спросил его Потемкин.
- Стоит, Ваша Светлость.
- Крепко?
- Куда как крепко!
- Ну и хорошо. Ты же теперь каждое утро наблюдай за этим и мне доноси. Жалование же тебе за эту работу будет из моих доходов поступать. Теперь же ступай домой с Богом.
Дьячок так до смерти и ходил к Медному всаднику, проверяя, стоит ли тот на месте.