Русская аристократия всегда представляла собой довольно замкнутое сословие, попасть в которое было весьма проблематично. Обособленность князей, дворян и прочих ее представителей от остальной массы населения выражалась, помимо прочего, в том, как они предпочитали называть своих детей. Многие имена, употребляемые в простонародье, могли быть совершенно неприемлемы для элитного сословия.
Без языческих имен
С распространением православия на Руси появилась практика давать ребенку два имя - мирское и христианское. Как правило, первое было привычным, языческим именем, и использовалось в повседневной жизни. Второе же являлось неким "официальным" именем, которое употреблялось в том числе в церкви. Христианским именем ребенка называли по святому, на день которого приходилось рождение человека.
Развитие русской государственности, уход от военной демократии и родоплеменного строя привел к тому, что постепенно языческие имена стали уходить в прошлое. Зарождавшаяся и крепнувшая русская аристократия предпочитала христианские имена - Владимир, Алексей, Василий и прочие, а не старославянские языческие - Борислав, Игорь, Любомир, Ростислав, Светлана и другие.
В среде знати и служилых людей языческие имена стали признаком простолюдина, а обладание одним, христианским именем означало принадлежность к высшему сословию. Языческие имена быстро ушли в прошлое, и новое поколение русской знати, родившееся и выросшее уже в христианской Руси, полностью отказалось от Бориславов, Любомиров и тому подобных имен. Как отмечал этнограф, фольклорист, ономатолог В.О. Максимов, судя по найденным в Новгороде берестяным грамотам, христианский элемент в именах горожан к XV веку превышал 90%.
Отпечаток монголо-татарского ига
Тяжелейшим бедствием для страны стало монголо-татарское нашествие. Несмотря на то, что с тех пор в русском генофонде появилось немало восточной крови, называть тюркскими именами своих детей для аристократии было табу.
Князья и дворяне никогда не давали мальчикам таких имен, как Чингиз, Азамат прочих, а девочкам - Оразгуль, Шекер и других. Как отмечал в сборнике научных трудов "Русская ономастика" доктор филологических наук Юрий Карпенко, тюркские имена воспринимались как имена поработителей, что было даже чисто психологически неприемлемо для аристократов, получавших все больше и больше привилегий от государства.
Приметы и суеверия
Несмотря на то, что с XVIII века русская аристократия стремится во всем копировать западный стиль жизни, ее представители остаются очень суеверными. Философ Павел Флоренский в своем труде "Имена" отмечал, что дворяне, князья и прочие аристократы не давали детям имя, которое уже носил кто-то из живущих в доме. Считалось, что тогда ангел-хранитель не сможет защитить двоих.
Старались не давать имена и в честь недавно умерших родственников, в особенности тех, кто погиб насильственной смертью. Показательно в этом плане убийство императора Ивана VI Антоновича в 1740 году. После этого имя Иван среди аристократов стало крайне непопулярным.
Элита и простолюдины
Если до петровского времени аристократы и остальное население использовали для своих детей примерно одни и те же имена, то с началом великих преобразований имена стали делиться на "элитные" и "простонародные".
Филологи Александра Суперанская и Анна Суслова в своем труде "О русских именах" подчеркивали, что европеизированная знать фактически наложила табу на такие традиционные русские имена, как Антип, Глеб, Ермолай, Елисей, Лукьян, Тимофей, Кузьма, Леонтий, Архип. Женщин же не называли Агафьей, Аксиньей, Василисой, Прасковьей, Ефросиньей, Анфисой.
Имя характеризовало сословие, несло определенный социальный багаж, было показателем статуса. Примечателен случай, который описывала Надежда Дурова в своей повести "Угол". Дочь купца Фетинья Федулова, выйдя замуж за дворянина, стала Фанни. С переходом мещанок и купчих в более высокий слой они сразу же избавлялись от старого, "непрестижного" имени: Прасковьи становились Полинами, сегодняшние Александры были вчерашними Акулинами.
Европеизированные Долгоруковы
В плане "именных" предпочтений весьма показателен пример одного из древнейших русских родов - Долгоруковых. Петр Петров в своей "Истории родов русского дворянства" отмечает, что до петровских преобразований среди представителей этой знатной фамилии проскальзывали традиционные имена, к примеру, Прасковья. Однако с XVIII века они полностью исчезают из употребления.
Европеизированные Долгоруковы с этого момента предпочитали называть мальчиков Михаилом, Александром, Николаем, Сергеем. Такие имена, как Юрий, Владимир, Петр встречаются довольно редко, а Глеб, Митрофан и прочих "простых" имен Долгоруковы никому не давали.
Среди женских имен они предпочитали Марию, Ольгу, Екатерину, Елену. Варвара почти не используется, а простонародных имен - Авдотья и тому подобных не встречается вовсе.