Небольшой ликбез о взаимоотношениях в ингушском обществе . . .
Ингушское общество в силу своей мононациональности (менее одного процента представителей других конфессий и национальностей, преимущественно силовики) является очень инфантильным, то есть при видимой зрелости нации, в быту и политике проявляется наивный "детский" подход и неумение принимать своевременно продуманные решения.
Здесь, если опубликовать материал о преступнике, скажут: "ты не ингуш/не мусульманин", и добавят: "Говори благое или молчи". Однако в обратную сторону это не работает – здесь лица, заявляющие о себе как о правозащитниках и борцах за интересы народа, поносят российскую власть и ее ставленников (например, Ю.-Б. Евкурова) на чем свет стоит, не стесняясь в выражениях.
Здесь "западло" пойти и написать заявление о преступнике в прокуратуру, но в то же время в Инстаграме будут тысячи страниц, вещающих: «...мне вошал сказал, а ему сказала невестка, а ей сказала свекровь, что такой-то берет взятки". Здесь в годы Великой Отечественной войны прятались от призыва в подвалах, в мешках из под картошки, пока другие советские ингуши героически гибли на фронтах, а скрывающемуся на протяжении нескольких лет главарю ингушского бандподполья молчаливо сочувствовало полреспублики (явно он не Святым духом питался в землянке в Сагопшах больше года). Здесь детям никогда не расскажут про другие религии, кроме ислама, потому что "это им не нужно", а на уроках биологии будущим медикам скажут изучить мужскую и женскую репродуктивную систему самостоятельно. Здесь на государственном экзамене на медицинском факультете принесут лист с готовыми ответами, а потом сами же и будут хаять таких "подготовленных" врачей и всю ингушскую медицину. Здесь двоечник может получить 100 баллов на ЕГЭ и занять место школьника-отличника из российской глубинки, набравшего 95 баллов.
При этом, тебе напомнят о том, что Ингушетия – это часть Российской Федерации, когда речь зайдет о пособиях и выплатах по инвалидности, о трудоустройстве и безработице, о защите прав от "беззакония силовиков" и чиновников, о выделении квот на лечение в крупных медицинских центрах и целевых местах в самых престижных ВУЗах страны. Здесь удивляются, если ты не участвуешь в "распиле" бюджета, потому что "он же федеральный!". Здесь готовы дать взятку, чтобы получить "липовую" инвалидность, но родственники настоящего инвалида не пойдут писать заявление на взяточника, который требует у них "благодарность" за эту услугу.
И если ты здесь скажешь, что как гражданин России прежде всего отстаиваешь интересы Российской Федерации (например, как глава республики или силовики), потому что Ингушетия – это часть нашей большой и многонациональной страны, на тебя презрительно шипят: «Фу! Ты не ингуш. Ты должен для своих все делать. Где Россия, а где мы. Нам все должны".
Здесь местные силовики и чиновники порой связаны по рукам и ногам, и если они кого-то задержат/привлекут к ответственности, то начнутся хождения родственников, старейшин, уговоры, угрозы (не нытьем, так катанием). Тебе напомнят, что ты ингуш и должен в первую очередь защищать интересы ингушей, а то что он преступник, – ничего, он все равно свой, а они (остальные жители страны) - "варяги". Здесь даже напишут стих про "мачеху-Россию", которая "не любит ингуша", обеспечив при этом газ, свет, Интернет, почту, пенсии, квоты и пособия даже в самых отдаленных населенных пунктах, забывая о подмосковных глубинках, северных и дальневосточных регионах.
Подобные явления встречаются во многих мононациональных/конфессиональных обществах, в которых хорошо развиты горизонтальные, а не вертикальные связи, взращенные на клановости и "традиционных ценностях". То же самое прослеживается и в других моноэтнических республиках Северного Кавказа. Здесь хорошо умеют требовать себе, но практически не готовы отдавать.
Но не все так печально в Ингушетии, не думайте. Ингушское общество активно развивается и "взрослеет". Уже не все прислушиваются к профессиональным "плакальщикам" о "невинно убиенных" и подробно изучают информацию о преступниках и коррупционерах. Благодаря тому, что в республике практикуется назначение на должности выходцев из других регионов, а многие ингуши живут и работают за пределами республики, происходит понимание того, что невозможно "закрыться" в резервации от всего мира, накрывшись плотным одеялом из адатов, традиций и религии, что нужно развиваться, двигаться из средневекового общинно-родового строя вперед.
Сейчас это вычищенный от терроризма спокойный и безопасный край, а ингуши – очень дружелюбный и гостеприимный народ, который всегда придет на выручку и встанет на защиту интересов нашей огромной России.