Внимательный Читатель обязательно скажет, что дикая и лесная ягода ежевика на вкус кислая и горьковатая.
А вот летом 1993 года на правом берегу реки Камы, там где в неё впадает речка Тойма, ежевика была очень даже сладкая и… почти без косточек!
Здесь на высоком обрывистом берегу Камы рос великолепный сосновый лес. Именно, тот лес, в котором любил прогуливаться в старину художник Шишкин. Художник Шишкин не любил делать наброски, он много фотографировал. А потом в короткие зимние дни изображал с величайшей добросовестностью и точностью, то, что увидела жарким летним днем его великолепная импортная фотокамера.
В детстве у меня в комнате висела репродукция картины Шишкина «Утро в Сосновом бору». А потом через двадцать лет я сам с Дочкой оказался в этом самом месте на берегу Камы, но ничего, конечно, не узнал, потому-что весь сосновый лес времен Шишкина срубили во время Войны на блиндажи, а может ещё и раньше на шпалы. А потом, кто остался в живых, посадили новый сосновый лес…
Мы гуляли с дочкой по берегу Камы.
-Дочка! Вот она Легендарная Итиль! Летописная Волга-Кама. А дальше будет их продолжение- река Белая! Вот оттуда мы все и пришли со своими стадами! Две тысячи лет назад: и ты и я!
Песок ещё казался более или менее чистым, а вот вода в реке Каме была чёрно-коричневая и очень мутная. Тогда в России был еще речной флот. Совсем недалеко от берега, в каких-нибудь 20 метрах проходили разнообразные речные белые суда и катерки. По палубе разгуливали загорелые матросы в застиранных добела тельняшках и клешах. Они выплескивали в многострадальную реку ведра то ли мазута, то ли каких-то кухонных отходов. Постоянно стирали свои «речфлотовские» спецовки, привязав их веревкой за рукава и сбросив в воду за кормой. И огромные белые чайки летали за кормой, дико кричали и отчаянно дрались между собой за право полакомится речными отбросами из Великой Реки.
А на левом берегу Камы привольно раскинулся огромный химический комбинат с сотнями труб. Комбинат был величиной, как средний город. Выпускал комбинат очень вонючие «выхлопные» газы. Но был он так построен, что ветер очень редко дул в сторону соснового леса. Иначе лес бы не выдержал и засох.
По берегам реки лежали рыбацкие рыбацкие лодки и суда потерпевшие крушение жизненных надежд. А на речном берегу, мы подошли в одно такое место, где лежало такое речное судно. Оно было огромное, как авианосец. Всё белое в подтеках темно-рыжей ржавчины. Все окна в огромной рубке были выбиты, оборудование вырвано с корнем, но все-равно, это мертвое судно было красиво и походило на исполинского белого кита, выброшенного на берег.
На высоком берегу стояло эпическое место-«Чёртово Городище» со своей стариной башней сложенной ещё отцом художника Шишкина!
Прямо под высоким и очень крутым глинистым камским берегом лежали огромные и многотонные известняковые плиты. Вода тысячелетиями подмывала камский берег. Он отступал. Слои серого рыхлого известняка ломались под собственным весом и хаотично падали вниз. Между огромными глыбами росли кустарнички дикой ежевики.
На вкус ягода была очень сладкая!
Моя пятилетняя дочка карабкалась по этим наклонным плитам к колючим кустикам с черными ягодами. Колола маленькие пальчики, но устоять при виде чёрных ягод было невозможно. Я то же ел эти ягоды и они были явно сладкие, так как питались мы тогда ворованной картошкой и местным топленым кефиром «катык», а иногда дикими утками фаршированными свинцовыми дробинками…
Прошла четверть века. Этим летом в своем сосновом лесу мы случайно наткнулись на заросли ежевики. Мы так, наверное, уже «засахарились» настоящим и искусственным сахаром, что все наши вкусовые рецепторы сбились со своих природных программ.
И дочки стали чуточку старше. Посмеялись они:
-Ой, какая кислющая ягода-ежевика… И с «пикантной» горчинкой!
29 октября 2019г.