Темнота… Это первое, что я увидел. Было темно и холодно, как будто наступила зима и Солнце скрылось за горизонтом. Когда я открыл глаза, вокруг ничего не было. Я лежал на чем-то мягком и холодном, а на до мной был темный купол с маленькими белыми точками. Только потом я узнал, что это звезды, а этот купол означал наступление ночи. Я не помнил кто я и откуда, я даже не знал, как двигаться или дышать. Было бы логично задохнуться, но все это делалось на автомате, как программа в системе компьютера или как собака бежит встречать хозяина, услышав звук ключа в замочной скважине.
Когда я попытался подняться, просто опереться на локти, то долго пролежал, пытаясь заставить свои конечности двигаться. В итоге у меня получилось и я увидел город. Он был таким ярким и необычным, возможно я никогда его таким не видел. В тот момент я был похож на младенца, который впервые увидел свет и услышал первые слова. А я же впервые увидел огни и шум дорог, клубов и прохожих. Я не знал что это, но это было так красиво и притягательно, что мне захотелось пойти и посмотреть, потрогать, повторить тоже самое, сесть в машину например. Ха-ха, в тот момент я называл их жуками и каракатицами! Смешно, а ведь машины-жуки были, мелкие совсем. Встать было куда сложнее, чем опереться на локти. Тогда я реально чувствовал себя младенцем, хоть и не помнил этого слова.
И кто говорил про мышечную память?! Ничего подобного. Когда ты теряешь память, ты помнишь только как дышать и открывать глаза, а тело и мозг, как парализованные, ничего не соображают и тупят еще сильнее, чем завирусованный компьютер. Я долго шевелил ногами, и, когда я понял, что это за палочки, то встав, сразу упал обратно. Спустя несколько попыток, я научился ползать на четвереньках. Если бы на том холме, где я сидел, были бы люди, то меня бы забрали санитары в белых халатах. Так себе поворот, но мне повезло. Не могу сказать, как я там оказался, даже сейчас смутно помню. Вроде бы прогуливался или что-то потерял. Ну, да ладно. Спустя час или меньше, возился я долго, я все-таки встал. Неумело: коленки дрожали, а руки еле-еле держались за толстый ствол дерева. «Бороду и трость пожалуйста, тут молодой человек, школьник еще, трясется, как столетний дед и вот-вот свалится».
До города я дошел, но рассказывать об этом не буду, засмеете, я вас знаю. По городу, я ходил, как дурак: таращил на все глаза, а челюсть чуть не отваливалась. Люди обходили, прижимались к стенкам домов и тихо хихикали, типа «посмотри, какой чудной». Увидел бы я такого же, наверное, тоже бы хихикал и отходил подальше, инстинкт самосохранения орал и дергал бы меня за волосы валить от такого экземпляра.
Удивительно, но никто так и не вызвал полицию. Они додумались об этом позже, когда я уже ушел с главных улиц в парк. Огней становилось меньше, люди, как и выпивка, налей еще бокальчик, а то горло пересохло, исчезли, а вокруг деревья, фонтаны, которых я сначала испугался и по глупости свалился в воду, наверное, это и послужило причиной набрать 02. Дальше было интересней, я забрел в какой-то уголок ночных художников и получил уйму погонов и криков с нецензурной лексикой. Теперь я был мокрый и в краске. Я пытался говорить, но не помнил ни одной буквы, а что мне кричали те художники и спрашивали сотрудники доблестной полиции, я понял только потом, когда после капельниц и таблеток вспомнил и с трудом смог сказать давно знакомые и забытые слова. Поймал меня отряд полиции только у пруда, когда начало светать. В тот момент я весело ловил лягушек и пытался их искупать. В полиции я просидел часа три, пока не пришла моя двоюродная сестра Ольга. Она обнимала, целовала, ругала и ласкала одновременно. А потом, как с одним из своих неразумных детей, повела меня в больницу. Там и поставили мне диагноз — амнезия. Вот и вся история. Есть еще вопросы?
— Да. Скажите, Сергей, какого было вот так внезапно все забыть? Что вы чувствовали и о чем думали?
— Вот журналисты! — я закатил глаза и посмотрел на молоденькую девочку-стажерку. Определенно девочку, так как это существо в клетчатой юбочке, с растрепанными хвостиками и круглыми очками на веснушчатом носу, по другому назвать нельзя. Она была похожа на маленькую девочку-пионерку из времен моего деда и прадеда, когда только так и ходили.
— Тоже мне, грамотеи и умники, — продолжил я после минутной паузы, рассматривая чуть испуганные глаза журналистки. — Ну, о чем мог думать человек, который не то что говорить, встать не мог? Я был, как младенец, овощ, который только и мог, что гукать и мукать.
— Но вы же слушали людей, смотрели, что и как они делают, — продолжала докапываться девочка. — Неужели ничего так и не получилось повторить?
— Анюта, поймите, дети, когда смотрят и слушают нас, не начинают тут же говорить. Они долгие годы учатся, ходят к логопедам и выносят мозг родителям своими серенадами. Вот и я не понимал, как и что надо делать.
— Да, простите. — Маленькая журналистка повесила голову, почувствовав себя неловко. Но после быстро убрала диктофон, спрятала записи в изношенный рюкзак и встала. — Спасибо вам большое, что уделили мне время. До свидания!
Я облегченно перевел взгляд на окно, из которого была видна суета городских улиц. Через несколько дней я вернусь в эту суету и скорее всего буду мечтать снова все забыть и стать беспомощным, как младенец. Я уже отдался мечтаниям и грезам, как выпью бокал прохладного пивка, как Анюта остановилась у двери и посмотрела на меня своими круглыми, как у куклы, зелеными глазами и требовательно спросила:
— И все же, Сергей, что для вас было важно в тот момент?
— Вспомнить. Самое главное было вспомнить все то, что я мог потерять навсегда. Да, и кстати, когда об этой истории узнали мои друзья и знакомые — я открыл ящик тумбы и достал целлофановый пакет, — подарили мне футболку «Столетний дед» на память. Вот, даже тросточку и бороду нарисовали.
Я закинул себе футболку на плечи, чуть поддерживая рукава, выпрямился и гордо задрал голову, как павлин, распустивший свой роскошный хвост. Девочка-стажерка улыбнулась и вышла из палаты.
Позже из газет я узнал, что она так и не написала подробности моего бессознательного ночного путешествия по городу. Но от сестры, которая как оказалось сидела в коридоре, слышал, что Анюте очень понравился мой рассказ и футболка с тросточкой и бородой.
