«Варвара, привет! Ты сегодня приедешь в клинику? У меня к тебе есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться», — я услышала в трубке мужской голос и от радости упала спиной в шкаф, собираясь на приём в интернатуру.
Предложение, от которого невозможно отказаться
Я узнала голос одного из наших преподавателей – детских стоматологов – доктора, который обучал интернов и одновременно работал в одной крупной частной клинике. Имя доктора я вам не скажу, у него сейчас приставка ТОП. Ну, да пусть будет так.
Обучить молодого доктора и оставить его себе решил директор той клиники. Мудро, но с не очень мудрой подачи моего препода они решили взять... двоих. Двух самых лучших интернов курса, чтобы потом в конце года выбрать одного.
Шанс. Работа. Опыт
Я должна была ассистировать по очереди двум детским докторам в этой клинике: моему преподу и врачу, которая собиралась в декрет. Шанс научиться всему самому-самому, и немного даже подработать — это реально очень крутая возможность, когда ты неизвестное никто. Надо мотаться на другой конец города? Да не вопрос!
В интернатуре на базе мы вели платный прием, но денег нам никто не платил. В клинике мне обещали показать и научить лечению детей в наркозе. Так что я согласилась сразу, не раздумывая!
А потом, потом я узнала, КТО второй интерн… И спокойненько надела любимые розовые очки... чем я тогда думала, не понимаю до сих пор.
Обстановочка в клинике была огонь!
Сотрудникам было запрещено разговаривать друг с другом в коридоре и кабинетах. В ординаторской нельзя было находиться дольше 15 минут, все тумбочки в кабинетах закрывались на ключ, а ключ хранился у старшей медсестры, которая по микрограммам взвешивала материалы.
Система внутри работала, как часы. Отступил от правил — штраф, второй раз — увольнение. Все друг друга ненавидели, конкурировали, шептались и сплетничали исподтишка.
Меня очень напрягала атмосфера, и я старалась не вникать, молчать, учиться и работать детским ассистентом, и ещё мотала на ус. Мне нравилась эта масштабность и порядок. Я приходила утром и уходила вечером. Всё.
В отличие от меня вторая девочка — моя сокурсница, прекрасно вписалась в коллектив, задружилась в клинике с кем надо.
Прошло полгода, второй детский врач должна была уходить в декрет, а у меня всё было прекрасно: у меня был самый большой приём семей с детьми в интернатуре. Я на практике уже всё умела и в целом была готова работать.
Ходили слухи, что директор собирается оставить нас обеих: клиентов было много и запись всегда шла вперёд на неделю. А ещё ходили слухи, что моя «напарница» принимала ванну с нашим преподом, врачом клиники. Но так как я плохим слухам не верю, то и тут первым поверила, а вторым нет.
Директор выбрал не меня
Я до сих пор отлично помню все детали моей последней встречи с директором. Июнь. Человек с лысиной и в толстых очках торчит из-под своего стола, на нем вязаный в крупный узор свитер «с горлом», как будто на окном -20С. Он медленно и внятно говорит, что решил оставить в клинике не меня.
Испытания кончились, интернатура тоже закончилась, я осталась без работы, без всего, без шансов быстро куда-то устроиться. Меня больше никто нигде не знал, устроиться в другую хорошую клинику без шансов. У меня началась депрессия. Два месяца я лежала дома на диване и думала о том, что я неудачница.
А потом позвонила доктор, которая ушла в декрет, и сообщила, что мою «напарницу» уволили за косяк в лечении ребёнка. На следующий день позвонил друг моего тогдашнего мужа и сказал, что они открыли клинику и ищут врача...
