Джон писал письмо, пытаясь хоть как-то ответить дорогой Элизабет, по странному стечению обстоятельств, носившей имя королевы его души — Елизаветы, ради которой он готов был даже скрывать свою принадлежность к католической церкви. Хотя что можно ответить женщине, которая во всем права… Во всем, кроме одного. Ни она сама, ни дети их, ни любовницы, ни вино, ни музыка. Никто не мог заполнить зияющую пустоту в его груди. Пустоту, которая образовалась после смерти бесконечно любимой, недоступной, но такой близкой королевы Елизаветы.
Джон писал письмо, пытаясь хоть как-то оправдаться перед своей женой, которой он испортил не только жизнь, но и репутацию. Перед глазами стояли строки ее письма о том, что лучше быть нищей вдовой, чем его женой. Джон Булл, наверное, впервые в жизни задумался о ком-то, кроме себя и своей потери. Он женился на этой тихой девушке, чтобы избежать хотя бы части проблем, грозивших ему из-за рождения внебрачного сына. Перепутав чувство благодарности с любовью, Джон Булл решил, что она стоит того, чтобы попробовать жить нормальной семьей.
Джон писал письмо, отчаянно пытаясь оправдаться в ответ на кроткое: мы не приедем никогда, будь счастлив. Он вдруг понял, что не ценил ту, что была рядом, когда он лишался должностей, жилья, работы из-за своей похоти. Джон не любил всех этих женщин, и они отомстили ему. Сотни мужчин изменяют своим женам, но их не лишают за это родины. А Джон Булл вынужден бежать, как трусливая лисица, только потому, что он хорош и у него много любовниц.
Джон писал письмо, пытаясь осознать, почему смерть любимой породила безумие и сладострастие в его жизни. Писал, но не отправил. И больше никогда не смог вернуться в Англию, прожив остаток дней в Антверпене. И вся математическая точность и виртуозность его музыки никак не может скрыть того, что в ней не хватает искренности и любви.