Плеханов является выдающимся теоретиком реализма. Он наметил свои аспекты понимания принципов реалистического искусства, исходя из условий своего времени. Реализм совершал победное шествие на протяжении всего XIX века XIX век— век могучего анализа общественных противоречий и конфликтов, глубин человеческой психологии. Высочайшее средство анализа — материалистическая диалектика, открытая Марксом и Энгельсом.
Мнение Маркса и Энгельса
Марксизм выяснил научным путем способность человека построить общество в полном соответствии со своим идеалом. Поэтому закономерны восторженные отзывы Маркса и Энгельса о художниках-реалистах. которые своим особым способом открывали истины истории.
Само определение реализма, данное классиками марксизма (изображение типических характеров в типических обстоятельствах), показывает родственность высших научных и художественных открытий. В меру своего таланта и верности своему призванию художник-реалист может стать союзником революции, зеркалом ее. и оставаясь в стороне от революционной борьбы. Но такое истолкование реализма дал уже Ленин, а не Плеханов. Статьи Плеханова о Толстом замечательны во многих отношениях, но все-таки Плеханов не смог до конца преодолеть мысль, что Толстой — «большой барин».
Некоторые слабые стороны взглядов Плеханова в области эстетики, о которых мы трезво судим, не умаляют его принципиально марксистской позиции.
Плеханов предсказывал несомненное ближайшее наступление эры пролетарской, социалистической литературы — притом, разумеется. реалистической. Но это для него уже реализм на особой исторической и идейной основе. И другое столь же настойчиво доказывает Плеханов:
литература пролетариата возможна как продолжение и развитие лучших художественных традиций, накопленных мировой литературой, но ее нельзя представить себе иначе, как в процессе непримиримой борьбы с модернизмом, то есть литературным направлением, в принципе отрицающим революционно-преобразовательную деятельность народа.
Модернизм, как уже сказано, появился давно, и ныне он уже не совсем тот, каким был во времена Плеханова. Плеханов не имел перед собой таких сложных явлений модернизма, как Кафка или Камю. Но в историческом и методическом плане опыт Плеханова для нас очень важен.
I
Мы обязаны Плеханову тем, что он первый с марксистских позиций раскрыл исторический смысл столкновения реализма с модернизмом. Об этом говорит английский марксист Давид Крейг в статье «Хаос и одиночество — модернизм в литературе», в которой удачно использованы некоторые положения и плехановской критики модернизма. Но встречаются случаи иного порядка Я уже приводил отрицательные высказывания Жнссельбрехта о Плеханове. Суждения Роже Гароди о реализме и модернизме находятся в решительном противоречии с суждениями Плеханова на эту тему.
Как думает Ройсе Гароди, это доказывает общность задач у современного социалистического и буржуазного искусства при всем их идейном различии. Будто все дело в том, что и то и другое искусство аналитично, значит, по преимуществу критично. Это наталкивает на мысль об отсутствии принципиального различия между социалистическим и критическим реализмом.
Всякое настоящее, тем более реалистическое искусство — анализ, а следовательно, в той или иной мере и критика. Анализ дает предмет в движении, а движение есть и утверждение и отрицание. Это азбучные истины. Но связь между анализом и критикой все же не находится в прямом соответствии.
«Тихий Дон»
«Тихий Дон» Шолохова не менее аналитичен, нежели «Мертвые души» Гоголя. Однако характер и масштабы критики в этих двух произведениях принципиально различны. Гоголь подвергает анализу общественные условия, убивающие человека в человеке. И отсюда — сокрушительная гоголевская критика. Шолохов анализирует исторические обстоятельства, приведшие его героя к величайшей трагедии. Трагедия Мелехова состояла в том, что в гигантской исторической схватке он оказался не там, где ему следовало быть. В результате он сохранил в себе свою душу, хотя и трагически сломленную.
Я умышленно взял «Тихий Дон». Это несомненно произведение социалистического реализма. Оно посвящено революционному перевороту и утверждению революционного строя в нашей стране. При этом главный герой произведения — человек, не принявший революцию. Революция утверждается вопреки действиям героя.
Литература социалистического реализма призвана решить свою особую историческую задачу. Среди марксистов Плеханов первым основательно поставил проблему литературы, которую должна породить социалистическая революция. У Маркса и Энгельса встречаются лишь отдельные высказывания на эту тему. Плеханову пришлось вести свою теоретическую деятельность в условиях непосредственного приближения пролетарской революции.
Правда, как политический деятель, Плеханов не выдержал до конца испытания, оказавшись в лагере оппортунизма. Однако и будучи меньшевиком, он не раз вступал в союз с большевиками, неоднократно заявлял о поддержке большевиков, печатался в большевистских органах.
Реализм социалистического искусства
Плеханов оценивал перспективы литературного развития с точки зрения перспектив социалистической революции. Он отстаивал искусство самого глубокого и не знающего границ анализа. А таким искусством всегда было реалистическое искусство, искусство великих идеи и возрожденных идеалов.
Реализм социалистического искусства, доказывал Плеханов, самый аналитический, и его анализ, направленный непосредственно на анализ общественных противоречий, тем самым дает обоснование идее пролетарской революции. С другой стороны, аналитичность этого реализма имеет целью выяснение принципов новой морали, формирующей яркую человеческую индивидуальность, которая занимает свое место в рядах борцов, сплоченных единым идеалом. В решении этих проблем, вообще говоря, Плеханов и усматривал особую задачу социалистического искусства.
Плеханов писал о литературе не только в работах, специально посвященных литературным проблемам. Он писал об этом даже в таком сугубо философском труде, как книга «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю». Плеханов любил говорить: психология приспосабливается к экономике. На этой почве возникают различия в психологии различных общественных классов, различным образом повернутых к экономике своей эпохи.
Без изучения движения общественной психологии вообще невозможно изучение исторического процесса. Историк, следовательно, должен быть в известном смысле художником. Во всяком случае, от него требуется глубокое знание природы и истории искусства. И Плеханов в своем философском труде то и дело прибегает к помощи художественной литературы, обнаруживая великолепное художественное чутье.
Он очень высоко ценил Бальзака, который, по его словам, «много сделал для объяснения психологии различных классов современного ему общества» . Те же достоинства он видел в творчестве Глеба Успенского.
Андре Жиссельбрехт скорбит по поводу того, что вместе с людьми своего поколения он долгие годы находился «под влиянием эстетики Плеханова. Это была не марксистская эстетика, но социологическое объяснение произведений искусства. Противники марксизма воспользовались этим как аргументом, чтобы сделать вывод о том, что марксистская эстетика — это пусть не расовая, но классовая точка зрения, определяющая искусство моментом и местом его рождения.