(2019, Россия)
И вот наконец-то получен ответ на давно волнующий общественность вопрос: каким было бы "Сияние" Стэнли Кубрика, окажись он вдруг русским, живи в 2010-х и носи имя Юрий Быков.
А было бы оно под стать рефлексивно-загадочной русской душе и русским же реалиям века нынешнего. И, естественно, обошлось бы без вредной забугорной мистики. Вместо неё здешнее Зло будет шугать главных героев иным, уже обыденным способом. Примерно как в том мультике - "Леопольд! Выходи, подлый трус!", - только более грозными криками и уголовно наказуемыми деяниями.
Итак, перед нами опять депрессивно-мрачная быковщина, разве что вдохновленная кубриковщиной, основанной на знаменитой кинговщине. То есть в "Стороже" мы тоже видим а) многоснежную зимушку-зиму, б) стоящее у чёрта на куличках (кино снималось в Рязанской области), гигантское пустынное здание и в) охраняющего его героя, что согласился на такую работу явно не от хорошей жизни. С той лишь разницей, что это здание - не элитный отель, а бывший советский санаторий-профилакторий. И что Сторож - его играет сам Юрий Быков - зимует тут один, без сверлящих ему мозг жены и деток. Которых у него, вероятно, и нет - этого мы не знаем.
Несмотря на то, что никто в этой глуши не зарится на санаторное имущество, житьё-бытьё у Сторожа всё равно нервное. Кто-то порой устраивает ему пакости, да такие, от которых становится тошно и хочется повеситься. Однако даже влезть спокойно в петлю мужику не дали. Потому что в очередной скучный вечер ворота санатория неожиданно протаранил внедорожник, тут же врезавшийся в сосну. А выскочившая из него молодая пьяная баба начала с воплями бегать по территории, распугивая дятлов и белок. После чего не только этот вечер, но и вся дальнейшая жизнь Сторожа перестали быть скучными. Правда, и веселья в ней не добавилось - скорее, наоборот.
Пока обезьяна с гранатой пьяная дамочка Вера в итоге не отключилась, ей удалось изрядно набедокурить в столовой, наколотив там посуды и разбив окно. А наутро, когда пришёл черёд Веры платить по счетам, неожиданно объявился её муж Стас, который... заплатил по счетам. И ещё попросил Сторожа об одолжении дать им с Верой перекантоваться здесь недолго. За деньги, разумеется, причём хорошие.
Только от этих денег Сторож уже наотрез отказался. И, смилостивившись, пустил несладкую парочку в "нумера" на халяву. Даром что Вера продолжала каждодневно бухать в зюзю, а Стасик - лаяться с ней и по этому поводу, и по другим.
Вот так они и жили, спали врозь, а дети были, пожиная плоды своего тройственно-депрессивного союза. А также якшаясь с иными непрошеными гостями, что периодически являлись то по душу Сторожа, то к его постояльцам. И, конечно, продолжая развлекать друг друга и зрителя бзиками на нервной почве. Причины которых, естественно, будут раскрыты, только вряд ли кого-нибудь из вас они удивят или растрогают.
Да и в целом, даже по сравнению с предыдущей картиной Быкова "Завод", эта вышла слишком уж психологически незамысловатой. А её герои строят загадочно-хмурые лица лишь затем, чтобы под конец каждый из них рассказал о себе историю в духе воскресной мелодрамки по РТР.
***
В общем, опять кругом сплошные мрак, тлен и безысходность. А также прочий суповой набор любителя "достоевщины": груз смертных грехов прошлого, посыпание головы пеплом, надрывные вопросы "Как жить дальше?" и самобичевание "Виноват я, виноват, поэтому бейте же меня, бейте!". Этого мало?
К сожалению, мало. И после просмотра "Сторожа" заметно, что, найдя весьма экзотическое и угнетающее место действия, саму историю Быков сочинял уже без особой фантазии и охоты. Ибо для столь монументальных декораций кипение в них сюжетных страстей не особо впечатляет. И выглядит так, словно бы полевую кухню раскочегарили лишь для того, чтобы сварить в ней котелок каши.
Ну да, сварить-то сварили. Только вот перерасходованные дровишки и улетевший в трубу жар всё равно жалковато.
P.S.: Оригинальное хобби у Сторожа: плести "чёртиков" из трубок для капельницы. Давненько я не видел ничего подобного ни в жизни, ни тем более в кино, а Быков, эвона как! - до сих пор помнит эту забаву советских школьников.