Огни Симры мелькали за окном слегка побитого Минчика, переливаясь и создавая ощущение живости населенного пункта.
Жак Бородинский сидел на жёстком сидении автомобиля и дремал: благо водитель попался неразговорчивый. На радио играла песня группы Кино "Перемен". По всему салону раздавались звуки голоса давно умершего певца - отзвуки прошлого Жака. Давным давно, лет 10 назад тогдашний школьник Бородинский ходил каждое чёртово раннее утро в школу и слушал эту песню. Тогда ему казалось, что ,послушав до боли в сердце знакомые каждому строчки, жизнь действительно поменяется, потечёт в другое русло, пусть и не сегодня и не завтра, но когда-нибудь это произойдет...
Молодой человек улыбнулся своим воспоминаниям: они пробудили в нём приятное чувство ностальгии. По телу волной разлилась радость, глаза сами собой закрылись, и перед ними снова появилась Лена. Как обычно лицо её озаряла жизнерадостная улыбка, а её очи, цвета морской волны сияли озорством и нежностью; сердце защемило потоком чувств и определённых воспоминаний. Через какое-то время образ молодой и красивой девушки начал таять, а заместо него возникла новая экспозиция, тоже живая и такая правдоподобная, что казалось, что, если протянуть руку, то можно спокойно дотронуться до действующих лиц....
Воспоминание номер один.
Теплая осень 2019 года. Октябрь. Деревья стоят уже полуголыми. Как же им не стыдно? А может это всего лишь провокация? Всего лишь митинг против спиливания сородичей? Но в чём тогда его смысл? Или его нет? Такие мысли частенько посещали юношу осенью. Мальчишки в его возрасте частенько размышляли о футболе, сигаретах и прочих взрослых увлечениях, но не Жак. Временами ему начинало казаться, что он не из этого мира. И отчасти это и было правдой: мысли школьника всегда лежали в другой плоскости, по сравнению с размышлениями его сверстников, а параллельные плоскости можно считать в своём роде разными мирами...
Бородинский шел в тот момент слегка грустным. Странно, но при попытке вспомнить в чем заключалась проблема, разум выдавал неясные расплывчатые и ничего непроясняющие воспоминания.
Бородинский чувствовал некую тревогу. Ему казалось, что сейчас его настигнет кто-то сзади и ударит. Юноша не мог объяснить почему у него было такое ощущение, но это не значит, что его следует сбрасывать со счетов. Звук руки, рассекающей воздух, шарах. Теплая волна боли растеклась по затылку. Бороться с ней не было никаких сил, а потому Жак повалился на землю и почувствовал, как из его глаз начинают течь слезы (скорее всего боль дала о себе знать). Над школьником стояло двое взрослых мужчин. Один из них улыбался, а другой наоборот был довольно серьезным и можно даже сказать слегка сердитым. Постояв так какое-то время, они обшманали неподвижного мальчика, забрав у Жака его смартфон, пару сотен кливрей, и довольно смеясь, ушли.
Юноша лежал на осенних листьях, сил встать не было, а потому, балансируя между обмороком и здравым рассудком, школьник продолжал валяться. Внезапно глаз уловил силуэт милой девушки. Она стояла над избитым, на лице у неё было беспокойство, она села рядом с потерпевшим и спросила мягким и очень приятным голосом : "Что случилось?". Жак рассказал всё, что было, не зная почему он это делает. Незнакомка внимательно выслушала его, помогла ему встать. Они медленно пошли к дому юноши. Голова у Бородинского очень сильно кружилась, а потому он часто останавливался, опираясь на что-нибудь. В такие моменты девушка пыталась предложить свою помощь, но школьник отказывался. С такими небольшими перерывами они дошли до дома. Эта девушка и была Леной, той самой, которую Бородинский так любил...
Огни Симры исчезли: такси выехало за пределы города. Теперь было достаточно темно. Странно, но от этого не клонило в сон, а напротив в голове появилось новая картинка.
Воспоминание втрое.
На улице шёл слабый снежок, и в купе с ночью это создавало достаточно приятную и романтическую атмосферу.
По тротуару шёл Жак, а рядом с ним Лена. С самого первого дня их знакомства она безумно нравилась школьнику, но он не знал взаимно ли это, в голове сидел страх разрушить всё, и это буквально сковывало его. В их нечастые прогулки, он очень часто молчал, внимательно, даже немного жадно выслушивая рассказы Леночки. Эта девушка была достаточно умной, много читала, и иногда писала свои рассказы, причем у неё это даже неплохо выходило. Иногда она зачитывала их Жаку, и он с наслаждением слушал, как её нежный голос формирует слова, любовался темными волосами, в тайне мечтая прикоснуться к ним, а её тихое и такое спокойное дыхание рядом с его ухом, когда она что-то ему шептала на ушко, заставляло всё тело покрыться мурашками.
В тот вечер Бородинский решил пойти в абанк: во всем ей признаться. И идя рядом с ней, сердце у него безумно колотилось. И вот в какой-то момент что-то внутри сказало ему, что время пришло. Собрав все свои силы в одну точку, находящуюся у него на языке, он сказал: "Лен, ты сегодня особенно прекрасна, как обычно моё сердце колотиться со скоростью болида формулы один, я сгораю, когда смотрю в твои глаза и чувствую, как по всему моему телу теплой струёй растекается любовь". После того, как он это сказал, Жак заметил, как на глазах девушки появились слезы. Она прижала его к себе и долго плакала, но не от горя а от великого счастья....
Картинка исчезла, оставив на лице Бородинского улыбку.
Свет совсем исчез и теперь единственным источником освещения служили фары автомобиля. Было немного жутко, и от этого разум молодого человека возродил в его голове ещё один инцидент, который произошёл с ним совершенно недавно.
Воспоминание третье.
Молодой человек позвонил девушке в дверь. Сердце безумно колотилось: юноша собирался сделать своей возлюбленной предложение.
Дверь отворилась, на пороге стояла улыбающаяся девушка, которая сразу же бросилась на шею к Бородинскому. Вдоволь наобнимавшись, они зашли в квартиру. На плите стоял и кипятился чайник, а в помещении царил приятный запах. (Главный герой считал, что это запах присутствия Лены). Пройдя на кухню между ними завязался небольшой разговор. Говорили обо всём. Чайник вскипел и начал издавать громкие и свистящие звуки. Лена хотела было встать, но Жак её остановил подошёл к "самовару" и аккуратненько положил в него кольцо. Затем разлил по стаканам кипяток. После первой кружки девушка захотела ещё чаю, потянулась к чайнику, налила остатки кипятка и вскрикнула: в чашке плавало кольцо с небольшим брилиантом. Лена вопросительно посмотрела на Жака. Молодой человек улыбался и после недолгой паузы сказал: "Дорогая, Лена меня приглашают работать в Имрику, вот я и решил забрать тебя и уехать с тобой, будь моей женой" . Сказав это, он почувствовал облегчение, но тем не менее взгляд его сейчас был устремлён на девушку. Лицо её было задумчивым. И после недолгой паузы она ответила: " Я не хочу уезжать, мне хочется остаться здесь и быть счастливой с тобой в этой стране". Жака такой расклад не устраивал, так как его главной мечтой было уехать из родной. Линтии и не вспоминать о ней. Именно поэтому он сказал Лене: "Если это твое окончательное решение, то тогда наши дороги расходятся, прощай". Эти слова дались ему с трудом и вызвали на лице девушки слезы. Сначала они были маленькими, затем увеличились в размерах и очень скоро юная леди громко и протяжно рыдала, умоляя Бородинского не уезжать. При виде страданий своей любимой у молодого человека защемило сердце, он очень хотел её обнять и приласкать, но прекрасно понимал, что сделай он это и вряд-ли ему удасться уехать. А потому не проронив ни слова он вышел из квартиры Лены, оставив её корчащуюся в рыданиях на полу. На глазах у него проступили слезы....
"Международный аэропорт Конликс, мы прибыли сэр, с вас 600 кливрей" - отчеканил таксист. Жак засунул руку в карман, достал от туда пару бумажек и протянул их таксисту, тот охотно их принял. Вместе они вышли из машины, открыли багажник и угрюмый Бородинский направился к входу в аэропорт, с каждым новым шагом оставляя позади прошлое и приближаясь к будущему.