Задолго до моей беременности я часто шутила о том, что у меня послеродовая депрессия, как оправдание того, чтобы неистово жрать тортики, прибухивать винишко и страдать без повода. Почему послеродовая, спрашивали меня. Ну я ж родилась когда то, отвечала. Шутка не мною придумана, но сам вопрос сейчас актуален. Когда я забеременела (залетела, чо уж там скрывать), до меня никак этот факт не доходил. Вроде радость то какая, нужно в воздух чепчиками бросаться, но принять факт того, что у меня будет целый мой ребёнок, сознание не хотело. То, что все летит в пизду, принимало, а это нет. Ведь я только вернулась в свой родной город, возобновила отношения с любимым человеком, повидалась с родными, устроилась на шикарную работу с офигительным коллективом и залетела. Больше всего меня волновало, что я не смогу летать в командировки, а там столько всего интересного! Как же ученики будут без меня, деградируют вдруг, касатики мои. С этими всеми мыслями росла, накапливалась тревога, которую я выплес