Ночной клуб с кубинской тематикой, один в городе, собирает полный зал в выходные. В остальные дни посетителей меньше.
Открыл бар, сижу за стойкой пью чай, жду гостей. Читаю журнал с киноафишей и анонсами культурных мероприятий. Подходит директор и говорит в панибратской манере:
— Ну чё, бездельник, опять читаешь? — Глядя на него создаётся впечатление, что девяностые он провёл в Лондоне, на съёмках фильмов о местных гангстерах. На нём сюртук в полосочку, фасоном как у персонажей Гая Ричи. Толкает меня в плечо и спрашивает: —Ну и, что пишут?
— Вам бы тоже прочесть это. — Даю ему статью о предстоящем концерте в городской филармонии. Заодно надеюсь избавиться от внимания и допить чай в тишине.
— Латиноамериканская певица Марлен Дорсена даёт концерт... — Читает он вслух. — Зачем мне это? Предлагаешь купить билеты, в филармонию?
— А вы подумайте. — Терпеливо объясняю. — У нас кубинский клуб, она в формате, это международный уровень. К тому же, концерт в среду — пустой день в нашем баре... У вас три недели.
— Три недели на что?
— Как же вы не понимаете? Сделайте так, что бы она выступила у нас.
— Выступила у нас?.. — До него дошло. — Но как? С кем мне связаться?
— Вы же директор. — Поднимаю вверх палец. — Сходите в филармонию, найдите её менеджера, контакты. Договоритесь, чтобы она дала концерт и у нас тоже. Заплатите гонорар, позовите журналистов, подарите людям праздник. Кроме вас никто не сможет это устроить.
— Не знаю. — С сомнением говорит директор. — Авантюра какая-то. И ты меня в неё втягиваешь. Ладно, подумаю об этом. — Он уходит, прихватив с собой журнал.
Прошло три недели. Разговор о креольской певице остался в прошлом. Директора видел редко. В баре рутина: школа танго на неделе, вечеринки и концерты в выходные.
Просыпаюсь в среду от звонков; тридцать пропущенных и смс. Одни друзья просят занять им столик на вечер, другие спрашивают о дресс-коде. Не понял причину ажиотажа. Приехал в бар на смену.
У входа висит баннер: «Марлен Дорсена». Захожу внутрь, там суета — одни украшают сцену, другие таскают коробки. Мимо пробегает директор, спрашивает, где я шляюсь.
Подхожу к барной стойке. Напарники в мыле, только что приняли сотню бутылок, расставляют по полкам.
— Где ты был? Все звонили тебе.
— Спал. — Отвечаю. — Вы здесь давно? Смена ещё не началась.
— Из-за концерта Дорсены всех вызвали раньше. Слушай, тут такое дело... — Старший бармен подбирает слова. — Ты сегодня работаешь в мини-баре.
Так называли миниатюрную барную стойку. Её выносили в редких случаях. Устанавливали в конце зала. Нужна, чтобы разгрузить основной бар. Работать там скучно и не выгодно.
— Но, от туда ничего не видно. — Говорю. — Может, хоть, меняться будем?
— Извини, но ты сегодня только там. Это решение директора. Не переживай. Приходи на рюмочку каждый час.
Делать нечего. Соглашаюсь. Беру коробки с ромом, иду в мини-бар.
Марлен Дорсена дала концерт, который перерос в карнавал:факелы, конфети, коллективная сальса. В клубе не было даже стоячих мест. Отличное шоу.
Директор сияет. С ним, за центральным за столом, жена и дочь. После выступления к нему присоединяются артисты, деловые партнёры, гости бара. Вечеринка удалась.
На следующий день — открываю бар, сижу за стойкой, пью кофе. Приходит дочь директора. Мы говорим о вчерашнем концерте.
— Я в восторге, он такой молодец! Я им горжусь.
— Кем? — Спрашиваю.
— Папой, конечно. — С улыбкой на лице она принялась рассказывать: — Три недели назад, папа приходит домой и даёт нам с мамой журнал. Мы сначала не поняли зачем это. Он сказал прочитать статью о Марлен Дорсене. Но мы и тут не поняли. Тогда папа рассказал, что она международная звезда, редко бывает в России, подходит по формату нашему клубу. Он решил пойти в филармонию и лично поговорить с их директором. Он всё продумал, до мелочей. Журналистов позвал. Это станет хорошей рекламой. Среда, а народу пришло больше, чем в пятницу.
— Ловко. — Соглашаюсь.
— Представляешь какой он умный? Здорово всё устроил, правда?
— Да, — говорю, — без твоего папы ничего бы не вышло.