Подписывайтесь на мой канал, дорогие друзья! Каждый из вас ставший моим постоянным читателем, вдохновляет меня, подтверждая, что пишу я не зря!
Небо хмурилось набухшими свинцовыми тучами, собираясь вот-вот разразиться проливным дождем. Суетливый и беспокойный город жил своей обыденной жизнью, в которой проносились будто в кадрах кино судьбы людские, будто принесенные ветром эпизоды в которых мелькали радости, беды, надежды и разочарования, искренняя любовь и предательство…
Поздняя осень жила в городе основательно освоившись. Ее верный помощник – странствующий ветер настойчиво гонял по тротуарам и аллеям желтые палые листья, стараясь как можно чаще угождать своей златовласой и своенравной хозяйке, в которую был влюблен со времен создания Вселенной. Осень жила в городе, и печально улыбаясь, наблюдала за его жителями, делая акварельные наброски в своем слегка потрепанном альбоме…
...Альт встал передними лапами на подоконник, и гавкнул прощаясь до вечера с человеком который стал для него не хозяином, а другом осознавшим что в сердце большого пса живет яркая и великая мечта. Человек обернулся, и помахав Альту рукой, широко улыбнулся, послав ему воздушный поцелуй.
…Когда это случилось в его жизни…Словно осеннее ненастье бесцеремонно и грубо постучалось в двери его собачьей но необыкновенно теплой и безграничной души. Семья, в которой жил пес распалась, словно дорогая ваза тончайшего венецианского стекла разбилась вдребезги, зазвенев и засверкав множеством сверкающих осколков. Так бывает в жизни. Мужчина и женщина, которых связывали годы чаяний, надежд, и веры в самое лучшее, расстались из-за пустяка, осознав что все былое для них оказалось чем-то сродни цветку из разноцветной бумаги – красивому, изящному, но лишенному жизни и аромата. Все что было, превратилось в призрачный туман стелившийся над судьбами и растворившийся в унылой и скучной повседневности.
Пес стал никому не нужен. Он, смешивший и умилявший хозяев, в одночасье потерял для них, деливших квартиру, мебель и иномарку, всякий интерес. Пес бродил по постепенно пустеющим комнатам, грустно смотрел как вывозят мебель, как ссорятся из-за вещей, как обвиняют друг друга в черствости и корысти, и понимал что все эти годы начиная с той минуты как появился в доме несмышленым щенком, он просто был обыкновенным атрибутом домашней обстановки. До него никому не было дела, никто не подошел не приласкал его как это было раньше, не погладил по голове, не сказал что-то теплое, приятное. О нем просто забыли, и пес сам того не замечая оказался один, на улице, среди незнакомых спешащих куда-то, и чем-то озабоченных людей, пронзительно сигналящих автомобилей, сверкающей разноцветными огнями бегущей рекламы, и ожидавшей неизвестности.
Ему пришлось перенести многое. Красивый пес вызывал удивление у прохожих, иной раз его давали еду, гладили, говорили приятные слова. Другие боязливо обходили стороной, третьи просто равнодушно взирали со стороны. Его не пытались ударить, - он большой и грозный с виду, и это обстоятельство хоть как-то облегчало его непонятное существование.
Но вот в один из дней, небесные ангелы, долгое время хранившие суровое молчание, смягчили свои сердца, и улыбнулись псу.
…Он шел по тротуару мимо многоэтажного дома, как всегда погрузившись в свои мысли, как вдруг где-то совсем рядом раздались звуки скрипки, до того чудесные, что пес невольно остановился прислушиваясь к божественной мелодии. Эти звуки, чистые, трогающие душу тонкими золотыми пальчиками возносились высоко, высоко, будто сверкающие разноцветные искорки благостного костра. Эта мелодия звучала так словно отпускала всем жителям большого города их грехи, прощала неблаговидные поступки, избавляла души от черствости, и жестокости.
Человек стоявший у распахнутого окна и игравший на альте, вдруг остановил полет чудесной музыки, и посмотрев на сидевшего у тротуара большого пса – улыбнулся тепло, и ласково. Эта улыбка озарившая лицо музыканта вселила в пса надежду и веру, и ему впервые за все это время вдруг страстно захотелось обыкновенного человеческого участия, и доброты…
С тех пор, поселившись у известного музыканта Максима Чуднова, он стал Альтом, - по названию инструмента на котором играл его не хозяин, а добрый друг. Альт отныне стал постоянным слушателем и почитателем великого искусства маэстро, и теперь поселившись в его доме, каждый день провожал Максима на работу, встав передними лапами на подоконник, словно благословляя на вдохновение и творческую удачу.
…Чуднов помахивая футляром, скрылся за углом противоположного дома, а Альт, опустившись на пол счастливо вздохнул.
Георгий АСИН