Долгое время лофофора была, есть и будет излюбленным растением у кактусистов, вне связи с его «наркотическим» применением. Однако с 2004 года выращивание более двух экземпляров этого растения в России законодательно запрещено и влечёт уголовную ответственность. Между тем, нельзя не оценить нелепость и односторонность этого запрета, о чём подробно сказано ниже.
С одной стороны, культурное растение, выращенное в условиях нашего климата, не имеет «наркотических» свойств. С другой стороны, помимо лофофоры в природе и в коллекциях кактусистов есть десятки других (не запрещённых) видов кактусов, обладающих таким же или близким составом алкалоидов. О них еще как-нибудь поведаем вам.
В этом посте хотелось бы оставить лишь несколько цитат известных людей о лофофоре, сегодня они вам расскажут про нее:
"Русский способ вечного возвращения отличается от мексиканского в основном названиями населённых пунктов, мимо которых судьба проносит героев, и теми психотропными средствами, с помощью которых они выходят за границу обыденного мира. Для мексиканских магов и их учеников это галлюциногенный кактус пейот, грибы псилоцибы и сложные микстуры, приготовляемые из дурмана. Для Венечки Ерофеева и многих тысяч адептов его учения это водка «Кубанская», розовое крепкое и сложные коктейли, из лака для ногтей и средства от потливости ног." — Виктор Пелевин, «Икстлан — Петушки», 1993
"Правила и обряды при сборе очень разнообразны, но одно остаётся неизменным во всех случаях: считается, что лофофора не дастся в руки человеку с нечистой совестью и неспокойной душой, она просто «не покажет себя», как говорят сборщики.
Последнему суеверию один из авторов, писавший о лофофоре и сам её собиравший, нашёл объяснение: лофофору очень трудно заметить среди камней, где она растёт. Он рассказывает: «...часто я подолгу стоял на одном месте, пристально разглядывая окружающие камни и землю, но... ничего не видел. И вдруг — у меня словно глаза прояснились: там, где не видно было ничего, кроме камней, я вдруг замечал сразу несколько лофофор. Однажды я нашёл таким образом тринадцать штук сразу, но когда я привёл на это место своего товарища, он тоже ничего не увидел. Правда, он так и не «прозрел» до конца, даже когда я его просто нагибал над кактусом."— Ирина Залетаева, «Книга о кактусах», 1974 г.
"Было место в Москве, называемое Птичьим рынком — барахолка, где можно было купить зверушку, цветок и многое другое. Однажды, когда мне едва перевалило за двадцать, я забрёл туда в поиске чего-то нужного. Проходя мимо длинного прилавка с растениями, я увидел странный лысый кактус с табличкой «Lophophora Williamsii». Название что-то напоминало. Я вспомнил, где я видел эти слова — в предисловии к книге Кастанеды. Это было латинское название того одушевленного растения, которое Дон Хуан обычно называл «Мескалито». Мескалито был растением и духом одновременно.
Следующие несколько недель стали неразрешимой загадкой для кактусоводов Москвы. Казалось, крупный новый игрок ворвался в их небольшой мирок. Он действовал с неслыханным размахом и исчез бесследно после полного истощения московских запасов специфического кактуса, известного главным образом красивыми цветками и полным отсутствием шипов."— Виктор Пелевин, «Мой мескалитовый трип», 2002 г.
Такие дела.
Ваша Книга растений.