Мне, как журналисту, выбравшему котов не столько в качестве ТВ-реквизита, сколько как инструмент многоходовой коммуникации, любопытно было узнать, что Светлана Пермякова назвала своего питомца в честь… трёхкратного чемпиона мира Максима Чудова (увидев последнего на телеэкране). Вот не на ровном месте мой любимый персонаж «Интернов» – старшая медсестра Люба: ценю экспромт и ч/ю.
***
Еще к вопросу о злоупотреблении спиртным в ТВ-эфире.
Так случилось, что непосредственно перед записью «Семейного альбома» с Ширвиндтами, мне довелось отведать водки со старшим. Не скажу сколько, но не могу не отметить – тёплой как овации зрителей в «Театре сатиры». Теплой, потому что это был экспромт: блистательный Александр Теодорович Анатольевич как-то неожиданно предложил, а я не смог отказаться.
Не смог, так как помнил одну из наших предыдущих ТВ-бесед. На стандартный вопрос «Чем нынешняя богема отличается от советской?», неподражаемый Ширвиндт со свойственной ему волшебной иронией заметил, что если раньше начинающих артистов от беспробудного пьянства порой спасали всей труппой, то сейчас с молодыми иная проблема: выпить не с кем!
Это про сакраментальную «олдскульность».
Ну и из этой же серии. Напомнил собеседникам, как легендарный актер признался в эфире «Правды-24», что ему пришлось расстаться со своей знаменитой коллекцией трубок – курить бросил. Так вот. Выяснилось: виртуоз неистребимых нюансов Ширвиндт-старший (к нескрываемому огорчению Ширвиндта-младшего) употребление злополучным никотином возобновил… по совету врача!
Так что: не спорят не только о вкусах как таковых, но и, как выясняется, о вкусовых ощущениях тоже. Не спорят. И не надо.
***
В принципе проект «Семейный портрет» был из жанра ми-ми-ми. То есть никакого негатива, веселые байки, обсуждалки редких семейных фото, которые добываются редакторской группой неведомо как (типа «купи, выпроси или укради»).
И передача с Василием Лановым тоже началась со всяких забавных историй. Рассказал Василь Семенович и про то, как Рубен Симонов наезжал на его речевую распевность: «У вас ужасные украиноиды». Заговорили, само собой, об Украине. И в какой то момент народный артист СССР вспомнил о недавнем звонке ему львовских нациков, которым он ответил на мове: «Ось що я скажу, хлопці – пішли в сраку». В эфире прозвучало без купюр (на шестой минуте).
Все-таки, чтобы там не говорили свидомые, мы – братские народы.