У меня есть чудесная история про немецкую пунктуальность, порядочность и психологическую основу этих замечательных человеческих качеств.
Это история случилась каких-нибудь двадцать пять лет назад. Я в ней принимал активное участие, и потому помню все как сейчас.
Мы и наша фирма сдуру занялись снабжением одного большого автомобильного объединения какими-то важными запчастями немецкого производства. Почему сдуру? Потому что предложил нам этот непрофильный бизнес один доктор физико-математических наук, большой ученый, который с голоду тряхнул своими научными связями и связался с каким-то бывшим коллегой из Германии по фамилии, допустим, Шульц.
У этого Шульца был эксклюзивный контракт с немецким заводом, который делал эти важные запчасти для импортированных ранее в Россию машин. Наш доктор наук нашел этого немецкого поставщика, а мы нашли российского покупателя. Все сложилось. Мы провели первые две-три сделки, увенчавшиеся финансовым успехом. Довольны были все: и бывший ученый, и мы, и шофера, и руководство предприятия. Про Шульца и говорить нечего…
Однако дальше что-то пошло не так. Платежи со стороны автомобилистов как-то внезапно застопорились, несмотря на вовремя произведенные поставки. Говоря простыми словами, автомобилисты перестали платить по счетам.
Сформировалась задолженность, которая тяготила всех, кроме автомобилистов, так как они нам платили рублями, а мы Шульцу немецкими марками. Все заволновались.
Вскоре приехал Щульц. Поселился в бывшей коммунистической гостинице Октябрьской на Откосе, куда мы сразу же и прибыли на встречу. В гостиничный ресторан. Немец был высоким и жизнерадостным, говорил по-русски почти что неплохо. Выжимка из его речи звучала приблизительно так: «Курка, млеко, яйка! Шнель, бабка, шнель!». Мы ответили, что постараемся как можно быстрее. Шульц сказал, что через пару дней пришлет своего представителя за деньгами.
И действительно, немецкая пунктуальность сработала. Через два дня раздался звонок и голос с уже не немецким, а вполне себе кавказским акцентом пригласил нас прибыть на Московский вокзал. Встречу назначили в таком-то вагоне такого-то поезда.
Оказалось, что поезд находился на запасных путях, отключенным от электричества. Была зима, ночь, абсолютная темнота. Мы залезли в указанный вагон. Он был пуст, без отопления. В одном из купе виднелся силуэт. Это был курьер Шульца. Он не поздоровался и не взглянул на нас. Он снял обтрепанную ушанку, кинул ее на купейный столик и молвил с сильным акцентом: «Ложи сюда».
Занавес.