Наверное, у каждого в жизни были необычные судьбоносные знакомства. И конечно, эти истории разные, но их можно разделить на несколько видов: у кого-то это необычная история знакомства с мужем или женой, у кого-то –с лучшим другом или подругой… Но есть и третья, особенная группа - случайные знакомые. Это могут быть попутчики в транспорте, соседи по очереди к врачу или еще куда-нибудь…
А моя судьбоносная встреча случилась во дворе. Не помню, откуда я в тот день шла домой, но почему-то я очень устала и остановилась передохнуть во дворе. Двор был почти пустой: там были только я, девочка, которая играла рядом в песочнице и женщина, про которую мне было понятно только то, что девочка пришла с ней, а вот кем они приходятся друг другу, было не очень понятно, пока девочка не оторвалась от своей игры, подошла к лавочке и сказала:
- Ба, я пить хочу!
«Ба» вынула из сумки маленькую бутылочку минеральной воды с лимоном, девочка попила, поблагодарила ее и убежала играть дальше. Моя соседка посмотрела ей вслед и вдруг сказала мне:
- Внучка моя, Вера. – и почему-то добавила со вздохом – трудно она мне досталась…
- Почему трудно? – спросила я. Почему-то мне показалось, что Верина мама много лет не могла выносить ребенка или вообще забеременеть. Но, как оказалось, тут дело было в другом. Мы познакомились, и Лариса Владимировна рассказала мне свою историю:
- Наша Вера была желанным ребенком. Моя дочка Диана ее по-своему любит, но никогда не понимала.
-Почему?
- Дело в том, что когда Вера родилась, оказалось, что у нее куча проблем со здоровьем. Мало того, что нам с Дианой говорили, что Вера у нас никогда не пойдет, так у нас еще и прямо спросили, зачем нам ребенок, который нас не понимает, и которому все равно, кто о нем заботится. Сама не знаю почему, но я этим врачам не верила. А вот Диана – верила, и поэтому рыдала сутками. Я понимала, что Вере может стать хуже оттого, что рядом с ней человек, который все время плачет, и старалась, чтобы большую часть времени внучка проводила со мной. Возможно, вы меня осуждаете, но я и сейчас считаю, что все сделала правильно. Да, Диана кормит Верочку, заботиться о ней, как умеет, но на все реабилитации Вера ездила только со мной. Нет, если бы я ее оставила с депрессивной мамой, она бы может и выжила, но ходить бы так и не научилась. А так в свои пять лет она умеет и знает очень многое…
В эту секунду дверь подъезда одного из домов открылась, и оттуда вышел бигль с хозяйкой.
- Ой, Вера, смотри, бассет! – обратилась к внучке Лариса Владимировна.
- Бабушка, ты что? Это же бигль! – поправила ее Вера.
- Вот, - с улыбкой сказала она – уже учит меня уму-разуму. Но я все равно немного побаиваюсь того дня, когда она пойдет в школу, одна надежда – учительница заботливая достанется. Но больше всего я боюсь, что не доживу до Верочкиного совершеннолетия, и они останутся с мамой вдвоем. Ведь если она не понимает ее пятилетнюю, что будет, когда Вере будет уже пятнадцать?
- До этого еще десять лет – вставила я – и ситуация может исправиться, вы ведь сами сказали, что Диана Веру любит, а значит, найдет с ней общий язык.
- Я очень об этом мечтаю – вздохнула Лариса Владимировна, и сказала уже внучке – Ну что, наигралась, пойдем домой?
Вера кивнула, Лариса Владимировна попрощалась, и они ушли. А я смотрела им вслед и думала:
- Будь счастлива, Верочка! Крепкого здоровья твоей супербабушке!
Конец.