Я позвонила знакомой, работающей в недвижимости, она мягко попыталась меня тормознуть, сказав, что можно сдавать, но суммы нужны были большие, и переубеждать настойчивей она не решилась. Приятельство сделало своё дело, я не бегала ни по каким инстанциям и через неделю всё было переведено в деньги и получена половина, вторая ожидалась через 5 дней, после окончательного завершения сделки. Мама была поставлена перед фактом, расстроилась очень, но она же мне не враг, и раз я считаю, что от этого зависит счастье всей моей жизни, она примет это моё решение, а парень, судя по телефонным с ней разговорам, действительно порядочный, любит меня, рассказывал о отношении на востоке к женщинам, детям и старикам - с Россией не сравнить, на востоке явно высокодуховные люди, чтящие традиции и понимающие истинные ценности.
Часть имевшихся вещей были оставлены у мамы, часть розданы, часть (то, без чего в быту я совершенно не могла обходиться) я решила взять с собой, всё лучше, чем по быстрому продавать за копейки. Да и Мидо, узнав такое моё желание, поддержал полностью, ведь в Египте техника безумно дорогая, названные цены привели меня в смятение. Это ж позолоченное всё должно быть по таким-то!
Тем временем Мидо сообщил, что 6 000 $ нужны срочно, магазин надо покупать завтра, продавец не хочет больше ждать.
Деньги были посланы вестерном, был куплен билет и (уж не знаю, что сработало, возможно, моё сильное желание, но только все технические вопросы переезда решались в очень короткие сроки) нашлась фирма, которая в один день упаковала все нужные мне вещи (а это было много, включая двухкамерный холодильник выше моего роста, большой телевизор, компьютер с монитором и бошевскую машинку-автомат - руками стирать я давно отвыкла и не хотелось привыкать), всё погрузила, решила вопросы с таможней и отправила самолётом с перегрузкой в Германии и доставкой всего в Каир, через "Люфтганза". На животинку был оформлен паспорт, она и так 2 месяца жила в пустой квартире (мама приходила через день), соскучилась, а я по ней, оставить было не у кого, у всех были свои животные.
Так, за буквально несколько дней, жизнь развернулась на 180*, мосты были сожжены, двери в прошлое закрыты, было только будущее и, мне казалось, счастливое будущее...
Мидо сообщил о покупке магазина, о том, что ждёт меня, чтобы всё обустроить (он полностью доверяет моему вкусу), восторгам его не было предела, мы говорили только о том, как у нас теперь всё будет хорошо, как мы будем счастливы, как он готов ринуться в работу на благо семьи. Конечно, в России всё дешевле и качественнее, поэтому для того, чтобы сделать из Мидо респектабельного вида бизнесмена, надо было начать в Московских магазинах. Деньги были, так что всё было куплено самое лучшее, включая последнюю модель "Нокии", которых в Египте были на тот момент единицы.
На время обустройства магазина, Мидо привёз в Хургаду младшего брата. Тот не говорил ни на одном языке, но был очень хорошим верующим человеком (самым верующим, ибо из всей семьи только он молился положенное количество раз и часто бывал в мечети).
Едва разобравшись с багажом, с ошалевшей животиной в перевозке, я села в самолёт. Весь полёт я сидела со зверухой на руках, которая уже не рыпалась, а прижалась ко мне поплотнее и смирилась со своей участью. Я гнала от себя возникающие страхи, сомневаться было в любом случае поздно, чего себя изводить? Я старалась думать о хорошем. Надо думать о хорошем!
Хургада дохнула в лицо горячим воздухом. Аэропорт был наполнен криками представителей турфирм, уставшими от полёта людьми, неприкаянно колыхавшейся толпой в поисках своих турлидеров, карточек и марочек. Мне все действия были уже знакомы, минут через 15 я уже подавала паспорт, а контроль пытался отыскать бомбу в звериной перевозке и в моих вещах. Перевёрнуто было всё. Я злилась, вещи кидали, как попало, раскрывали и перетрясали всё, не взирая на мои возражения. Мидо с братом меня встречали, я видела их через стекло здания Аэропорта, зверуха молчала, изумлённо и как-то презрительно глядя на таможенников. Найти у меня ничего, естественно не могли, ведь с собой я везла только необходимое, всё остальное ехало упакованное и опечатанное через "Люфтганза" и должно было приехать этим же вечером в Каир.
Наконец, осмотр закончился, я злобно покидала всё в тележку и вышла из аэропорта туда, где мне предстояло прожить остаток жизни, родить и вырастить детей, в страну, которая должна была стать моей Родиной, в которой меня ждёт любовь и счастье