Правда, как правило, полезное качество для идеи; это дает конкурентное преимущество в битве за наши сердца и умы. Но вряд ли это единственный критерий, который заставляет идею придерживаться или распространяться. Верования сохраняются, когда они выполняют какую-то полезную функцию для человека или общества, которое им верит. Работа, выполненная странным или ложным убеждением, часто становится очевидной, когда вы думаете об этом: люди верят в схемы быстрого обогащения, потому что они действительно хотели бы быстро разбогатеть. Они верят в чудодейственные лекарства, потому что хотят быть здоровыми. Они верят в призраков или сеансов, потому что они не хотят, чтобы их любимые ушли.
Как историк, эпизоды, которые меня больше всего заинтриговали, - это те случаи, когда работа, выполняемая данным убеждением, не столь очевидна. В 1890-х годах несколько сотен американцев, большинство из которых были замужем за женщинами, покинули свои дома и семьи, чтобы сформировать коммунальную утопию в Южной Флориде под названием «Единство Корешана», посвященную утверждению, что земля пуста, и мы живем изнутри. Трудно понять, какую выгоду получили корешаны от этой веры, пока вы не покопаетесь глубже и не обнаружите, что они также призывают к строгому равенству полов и к постоянному безбрачию для всех.
Не все идеи созданы равными. И история, и психология предполагают, что мы наиболее настойчиво цепляемся за свои убеждения, даже за ложные, когда они поддерживают некоторый рассказ о том, кем мы себя считаем. Вот почему всегда существует бычий рынок для идей, которые, по-видимому, оправдывают несправедливость, как, например, расистская лженаука 19-го и начала 20-го веков или, я бы сказал, отрицание изменения климата сегодня. Рабовладельцы и генеральные директора хотят заверить, что они не плохие люди. Это касается и тех из нас, кто верит в хорошую науку. Я видел несколько научных теорий, проверенных из первых рук; Я считаю самолеты и пенициллин довольно убедительными.
Но давайте будем честными: я тоже верю в науку, и что я считаю себя человеком, который верит в науку. Это подтверждает мое собственное мнение о себе как о рациональном и хорошо образованном, и это соответствует взглядам людей, которых я уважаю. Плоское заземление двадцать первого века (сегодня я знаю о полых землянках в стиле Корешана, которых я знаю) тянет к этой вере из-за своей собственной самооценки как иконоборца, которого не могут одурачить авторитетные деятели, такие как учителя науки или эксперты по телевидению. Я уверен, что земля круглая. Но плоские земляне и я мотивированы не столько нашим взглядом на планету, сколько нашими собственными взглядами.
Вот почему вы не можете бороться с плоскими землянами или противниками, или с любой другой маркой лженауки с аргументами авторитета. Если вы хотите бороться с ложной верой, вы должны спросить: «Какую работу эта вера делает для человека, который ее держит?». Затем начинайте оттуда.