Алексей Николаевич вырвавшись из душного метро погрузился в вечернюю, промозглую хмурь.
Он блаженно втянул ноздрями городской переполненный выхлопными газами воздух и неспеша направился к дому.
Сегодняшний вечер он собирался провести по обыденности в одиночестве. В холодильнике его ждала бутылочка "Жигулёвского" пива, по телевизору хоккей. Алексей Николаевич очень рассчитывал на то что наши порвут шведов на британский флаг.
В общем вечер должен был сложиться весьма и весьма неплохо, только если...если снова не появятся они. Они всегда появлялись в самый неподходящий момент и портили Алексею Николаевичу отдых.
— Ненаааашев, а Нееееенашев. Привет, скучал? Алексей Николаевич вздрогнул услышав свою фамилию.
— Ну-ё, моё!. Разозлился Алексей Николаевич. Его всегда невероятно злило, когда голоса в его голове мешали планам.
Да, Алексей Николаевич был самым обыкновенным, городским маньяком. Ему приходилось как то уживаться с голосами в его голове и при этом, пытаться это езё как то скрывать от окружающих.
— Ненашев, видишь вон ту бабу на остановке? Обрати внимание, она совсем одна и никого рядом... Не успокаивались голоса - Чего ты ждёшь? Души её скорее!
Алексей Николаевич, больше чем на голоса, злился только на того, подлого доктора, который впарил ему фуфло, а не таблетки. От которых ему просто хотелось спать, но голоса не уходили.
— Да ну вас в пень! Ответил он голосам. Не буду я сегодня никого душить, у меня важный мач!
Укутавшись посильней в пальто Алексей Николаевич ускорил шаг в направлении подъезда своего дома.
— Эй. Ненашев, приди в себя! Не успокаивались голоса. – Ты же избранный и должен очищать город от ведьм-баб! От них все беды мужикам!
— Да отстаньте вы от меня! Идите в жопу! Некогда мне...
— Да как ты смеешь так разговаривать с...?
— Ой, да успокойтесь вы, я прекрасно знаю, что никакие вы не ангелы, сколько можно мне уже втирать?!
— Ненашев, блин, ладно тебе... В голове Алексея Николаевич послышался второй, более писклявый голос — Ты маньяк уже почти пять месяцев, а до сих пор не убил ни одну бабу, это разве нормально?
— Ха, да ссыт он, дрыщет! Сказал первый голос.
— Это как-то, совершенно непрофессионально. Продолжал второй. - Ненашев, вообще-то план горит...
— Слушайте, как же вы меня достали, если я вас так не устраиваю, так увольте меня! Увольте, за профнепригодность!– Рассержено рыкнул на голоса Алексей Николаевич. Он открыл дверь и вошёл в подъезд. — И это, валите… ну я там не знаю, к Клименко из айти-отдела, что-ли! Он очканафт-дрыщ, и ыообще школьный чмошник. Его в школе точно чморили и там такие тараканы, что ой-ой-ой, клиент для вас как раз, будет у вас лучшим работником месяца!
Когда Алексей Николаевич открыл дверь в свою квартиру, его лениво встретил огромный, пушистый кот Барсик. Хотя коту конечно было лень, но он пересиливал себя и всегда встречал Алексея Николаевича с работы. Не то чтобы он своего хозяина как-то очень любил - нет, кот больше любил себя. Но он просто знал, что после того как он потрётся об ногу Алексея Николаевича, то обязательно получит что нибудь вкусненькое.
— Слышишь Ненашев, ну хотя бы кота завали, что ли. Не успокаивались голоса. Они постоянно предлагали Алексею Николаевичу грохнуть кота, за что уж они так невзлюбили животину непонятно, однако смерти коту желали отчаянно.
— Ага, щассс! Бегу и падаю! Барсик, конечно животное совершенно никчёмное и бесполезное, но без него мне будет грустно и совсем одиноко!
- Да я же говорю, ссыкло он, тю-тя. Недовольно зазвучало в голове Алексея Николаевича. Другой же голос не унимался — Ненашев, у тебя под ванной живёт паук, давай грохни хотя бы его...
Алексей Николаевич подошёл к холодильнику и отрыл дверцу, глядя внутрь — Хорошо, давайте поговорим. Водочки?
— Хм… ну а почему бы и нет, можно! Раздалось хором в голове Алексея Николаевича. Протянув руку, он достал из морозилки запотевшую бутылку. Водку он собирался на выходных распить с соседом Евгением Вагановичем, ну да ладно...
— Скажите, уважаемые, вот какого хрена вам от меня надо? – спросил Алексей Николаевич, наливая из запотевшей бутылки водку в стакан, который до этого вытащил из горы грязной посуды, сваленой в раковину. – Вы чего такие кровожадные-то? Вы чего зациклились на этой кровище и убийствах? Неужели ничего другого придумать не можете? Блин, ну хоть бы, например - "Ненашев, садись и напиши книгу" или там "Ненашев давай рисуй картину"... В голове Алексея Николаевича, зазвучал хохот.
— Чего? Ка… картину…, уха-ха, Ой, блин я не могу! Мать твою, Рембрант нашелся! – Хохотал один голос.
— Так у нас это, того - специализация же. – очень серьёзно ответил второй.
— Да ну её, такую специализацию! – Возмутился Алексей Николаевич, наливая вторую. – Где вы её получили, эту вашу специализацию?!
— Ну как где, где положено, в училище. Конкурс серьёзный, как ник как тринадцать голосов на место. Плюс после училища практика, чтоб её.
— Нууу, ребяяяяята! – Алексей Николаевич закусил огурчиком и продолжил. – Вот смотрите, перед вами… ну это в смысле, вокруг вас, короче, я например дипломированный этнолог. Цельных два года под Петрозаводском комаров кормил, слушал сказки бухого карело-финна на поселении! И чего?! Я специалист этнолог, а работаю уже почитай пятый год менеджером, в отделе продаж. Продаю всякую хрень в регионы. Сижу себе в офисе, ну изредко премии бывают конечно. И знаете чего? Мне такая работа нравится гораздо больше, чем кормить комаров в Карелии! Это я к тому, что плевать на специализацию! Иногда профиль можно и поменять, тем более если новая работа тебе больше нравится.
— Тебе нравится быть барыгой?
— Ну… это, хорошо согласен, пример как-то не очень. Но блин, суть же вы ведь уловили? Вот что вам нравится? Ну так чисто по жизни? Без этой фигни про династию и престижность? А так что бы душа лежала.
Голоса зашептались, тихо-тихо, Алексей Николаевич не мог уловить сути их разговора.
— Мы это, на минутку. – Сказал один из голосов и Алексей Николаевич
почувствовал как голоса переместились куда то в область мозжечка. Он ждал, прислушиваясь к далекому шепоту в глубине головы, однако ничего не мог расслышать. Потом он почувствовал запах табака – в мозжечке явно закурили. Минут через двадцать голоса вернулись.
— Пончики! – выпалили голоса хором.
— Чего, не понял?! – Алексей Николаевич чуть не подавился водкой, которую только что залил себе в рот.
— Нуу, пончики, такие мягенькие, румяные, с сахарной пудрой. Как то очень застенчиво сказал один голос.
— И с вареньем внутри! – вставил второй.
— Ну с каким, блин вареньем Толик! – запротестовал первый, — Это гастрономическая пошлость, долбанный казус и несуразица! Тебе, блин, дай волю, ты своё варенье ещё в борщ натолкаешь!
— Ого, да вы только посмотрите на него, мишленовский, блин гуру выискался, Гордон Рамзи хренов!!!
— Так, стоп! – прервал голоса Алексей Николаевич. – Пончики так пончики! Пончики – зашибись! Они никого ещё под статью и «вышку» не подводили! Да и тем более жрать дома нечего! Пошли в «Пятёрочку».
Сотрудники " Пятёрочки" чуть не вызвали охрану, когда Алексей Николаевич метался от стойки к стойке. При этом он орал кому-то или заткнуться, или говорить по одному, просил кого-то определиться в конце концов, лупил себя по голове, чем вообще ввёл в ступор знакомую кассиршу. Кассирша обалдела ещё больше когда он вывалив перед ней не привычную бутылку беленькой и банку маринованных огурцов, а несколько килограмм: муки, сахара, яйца и 5 банок малинового варенья...
Первая партия пончиков, как и должно было быть, сгорела... Алексей Николаевич был в бешенстве, один голос , тот который Толик, плакал, а второй, тот клторый просил себя величать Владимиром, призывал всех успокоиться и не сдаваться. Вторая партия пончиков вышла гораздо лучше, но была суховата и не имела должной пышности. Третья была бы совсем неплоха, если бы не долбанное варенье, которое в велиеом количестве тайно запихал в пончики Толик. Владимир словесно уничтожил Толика, после чего Толик пригрозил вообще уйти. И даже могло бы дойти до мордобоя, если бы Алесей Николаевич не налил обоим водки.
Уже к самому утру все трое, по уши измазанные мукой, трясущимися от усталости руками вытаскивали из духовки уже двенадцатую партию пончиков. Алексей Николаевич, взял с протвеня пончик и подув на него положил в рот. Пончик буквально таял во рту и малиновыми бабочками разнёсся по телу. Это был настоящий шедевр! Долбаный Мунк. Толстой в лучшие босые годы. Алесей Николаевич словил самый настоящий гастрономический оргазм. Все трое радостно заорали «ДАААА!!!» Ну и обмыли это дело конечно, ну а как без этого?
Когда в 10 часов утра совершенно невыспавшийся, с тёмными кругами под глазами, Алексей Николаевич притащил пончики в офис и угостил коллег, шеф тут же выписал ему премию и дал выходной! По тому, что тоже испытал гастрономический оргазм. А гавбух Татьяна Ивановна расцеловала Алексея Николаевича и пообещала ему выплатить всё вовремя и без задержек. Даже айтишник Клименко улыбнулся, а ведь Алесей Николаевич никогда не видел чтобы он улыбался. Юрист Сергеев стал расспрашивать, а нету ли у бабы Алексея Николаевича сестры, которая могла бы готовить и ему такие замечательные пончики.
Это был невероятный успех. Слава о сказасно вкусных пончиках, с малиновым вареньем внутри, растеклась по всему бизнес-центру. После этого, Алексей Николаевич стал замечать, что с ним начали здороваться совершенно все и даже те, кого он не знал. Расчётливый Владимир разумно предложил, что, мол, раз пончики имеют такой успех, то почему бы это дело не монетизировать? С помощью айтишника Клименко Алексей Николаевич соорудил интернет-магазин.
Первый же покупатель, остался настолько доволен покупкой, что немедленно запустил такое сарафанное радио, что Алексею Николаевичу пришлось уволиться с прежней работы, по тому что заказов было так много, что вместе с голосами им приходилось стоять у плиты практически круглосуточно.
Толик разработал целую линию тортов, с начинкой из малинового варения. Торты были прекрасными, их вкус был божественным!
Деньги к Алексею Николаевичу буквально текли рекой. Владимир разработал бизнес-план и они открыли целую сеть кондитерских под вывеской «А.Н. и Голоса». Пончики, которые производили их кондитерские, стали настолько популярными, что были признаны деликатесом и их стали подавать даже на газпромовских корпоративах.
Постепенно слухи о чудо-кондитерах дошли до Президента России. На своей, ставшей уже обычной инаугурации он отведал пончик, после чего прослезился и отменил пенсионную реформу. Ещё через год, пончики Алесей Николаевича занесли в список гастрономических ценностей ЮНЕСКО, а сам Гордон Рамзи вручил Алексею Николаевичу мишленовскую звезду (вручал конечно весьма лицемерно, ну на то он и британец)
В итоге, настолько известный и раскрученный бизнес у Алексея николаевича и его и голосов, конечно отжали. Это были какие-то упыри чиновники из госОПГ, как это у нас обычно делается. Алексей Николаевич даже было в ярости хотел забить их всех молотком, но однако Валентин и Толик вовремя его остановили. После того, как они посовещались, то решили перевели оставшиеся деньги в оффшор. Что и сделали, после чего тихонько свалили в Германию. Где разработали рецепт невероятно вкусного, божественного малинового штруделя и уж там то развернулись на полную катушку.
И знаете, никто так и не умер. Кроме одного очень впечатлительного, а может просто слабенького люксембургского герцога, которого убил экстаз, от гастрономического оргазма, когда он отведал невероятной вкусноты торт, с малиновой начинкой, сделанный по рецептуре Толика. Но это уже проблемы этого самого герцога.
И уж точно маньяк Алексей Николаевич в этом не был виноват.