Преступление века

Убийство он не планировал. Даже мысли никогда не возникало. Все случилось так неожиданно, как случается в дешёвом боевике. Он вообще был спокойным парнем, этаким «домашним мальчиком», в меру сентиментальным, иногда ранимым, не любящим драки и скандалы. Снимал квартиру и работал дома на удалёнке веб-дизайнером. Особо не пил, но бутылочку пива для «расслабона» вполне мог употребить. В магазины выбирался редко, был диковат, с девушками не встречался. Была парочка друзей, даже скорее не друзей, а хороших знакомых, но общались редко и больше по работе.

Она была звезда. Звезда в плохом смысле слова. Родители отказались от неё еще при рождении, поэтому воспитывала её улица. Была очень нервная, с визгливым голосом, никогда не сидела подолгу на одном месте, блуждала хаотично и не осмысленно. Брошенные дети - они такие. Никому ненужные и чувствующие этот мир по-особенному чутко и остро.

Как они оказались вместе? Однажды она просто залетела на огонек к нему в квартиру, да и осталась. Он не возражал. Скорее ему было все равно. Особых хлопот не доставляла, её нервозность даже добавляла красок в его жизнь. Стало не так серо и не так уныло. Ела мало, мусора после себя не оставляла – отличный компаньон.

Как говорится, ничего не предвещало беды. Просто однажды она посягнула на самое святое в его понимании – на его чашку с остывающим кофе. Кофе он любил самозабвенно. Чуть остывшее, горько пахнущее и терпкое. Он смаковал каждый глоток, глядя на проплывающие облака за окном. Представлял себя начальником в огромном, дорого обставленном кабинете. И секретаршу рядом, хрупкую молодую девочку, подливающую ему кофе в чашку…

Как она оказалась так близко, он сначала даже не понял. Она никогда не беспокоила его в такие минуты. Была тиха и покорна, как будто чувствуя его настроение. А тут произошел какой-то сбой​ в сознании, и она даже рискнула попробовать кофе из его чашки. ЕГО ЧАШКИ. ЕГО КОФЕ. Её приближение он воспринял как солдат, сидящий в засаде, и готовый к атаке. Он, не раздумывая, просто ударил её. С отмашки, резко и грубо. И припечатал к столу, как будто поставил невидимую печать.

Её смерть была мгновенной. Лишь легкая судорога пробежала по телу. И темнота.

Он не раздумывал ни минуты. Просто взял за крылышко дохлую муху и выкинул в открытую форточку.