Они выстраивали себе немыслимые дворцы, широко гуляли в ресторанах, блистали на светских вечеринках и закапывали золото потому, что его некуда было деть. Как удавалось подпольным советским миллионерам прятать богатство под носом у КГБ? И почему эти деньги в результате их же и похоронили?
Один из самых богатых людей СССР Николай Щелоков родился в крошечном шахтерском поселке. Семья была настолько бедной, что ему уже в 12 лет пришлось устроиться на шахту. Перспектива похоронить себя заживо в забое Николая не слишком манила. Поступив в институт, он начал продвигаться по партийной линии и уже в 28 лет стал секретарем одного из райкомов Днепропетровска. А над ним – секретарь обкома и будущий друг, молодой Леонид Ильич Брежнев.
В 1966 году Николай Анисимович возглавил могущественное министерство охраны общественного порядка, где сразу же затеял столь модный нынче ребрендинг и за несколько лет очень сильно поднял его престиж. Он учредил школу милиции, академию МВД… С подачи Щелокова на экраны шагнул новый герой – честный и ответственный милиционер. Но Москва – город соблазнов, и кресло министра позволяло прикасаться к сокровищам, не тратя ни копейки. Щелоков влился в столичную богему и уже не мог остановиться. Государственная казна стала его личным кошельком, из которого оплачивалось все, даже услуги персонального фотографа… Он открыто позировал за рулем дорогих иномарок, покупал антиквариат, мебель, картины, которые хранил под кроватью, потому что на стенах не хватало места. У супруги Николая Анисимовича, Светланы, появилось еще более дорогое хобби – бриллианты. Ей завидовала даже Галина Брежнева!
Тайное стало явным только после смерти Леонида Ильича. На смену генсеку пришел Андропов, и на квартиру к Щелокову нагрянули с обыском. Расквитаться с министром внутренних дел для Андропова давно было делом чести. Уже через месяц у Щелокова не было ни должности, ни звания. Следствие закончилось через два года. Всесильного некогда шефа сдали бывшие сослуживцы. Когда-то его слова хватало, чтобы вынести приговор любому преступнику. Теперь ему предстояло вынести приговор самому себе. Он покончил жизнь самоубийством.
Еще один миллионер Борис Ройфман
В начале 50-х многие бизнесмены создавали небольшие кооперативы при крупных заводах. Они продавали списанную продукцию: шерсть, ткань, каучук. Ее потом использовали для изготовления новых вещей. Тогда производили дефицитную на тот момент одежду и даже нижнее белье.
Ройфман подался в теневую экономику в 60-х. Правительство выдало указ, который позволял задействовать к производству психоневрологические учреждения. Это сделали для реабилитации больных с помощью трудотерапии. Большинство медицинских работников никак не могли понять как начать организацию этого дела.
Борис тогда работал на текстильном производстве главным технологом. Он пользовался у всех авторитетом. Служил на фронте, был награжден орденами. В дальнейшем он сможет не только организовать стабильные поставки списанного товара, но и договориться за его реализацию. Хотя большинство продукции продавалось благодаря мелким торговцам на базарах.
В 1958 году 32-летний Борис Ройфман прибыл в столицу из Твери и вскоре занял должность заведующего отделения в психоневрологическом диспансере на Малой Грузинской. Как потом выяснилось, это обошлось ему в 2000 рублей. Подкупив кого надо, предприниматель добился разрешения создать при психдиспансере трикотажный цех. По подложным документам туда было закуплено 58 швейных станков. Сырье за взятки повезли из Узбекистана, а подпольное производство обустроили в подвале диспансера. Работа кипела круглосуточно, в три смены. Но ни зарплата, ни премии пациентам не полагались, они получали лишь прибавку к обеду.
Однажды на подмосковной даче оперативники производили обыск. Больше всего они удивились, когда служебная собака потащила их в огород. Там и отыскались трехлитровые стеклянные банки, плотно набитые валютой и килограммами золотых монет. Дача принадлежала Шае Шакерману и Борису Ройфману – подельникам и друзьям. Неимоверный капитал больше чем в три миллиона на двоих подпольщики сколотили менее чем за четыре года. Они умудрялись зарабатывать по 2,5 тыс. рублей в день в то время, когда соотечественники получали по 120 рублей в месяц.