Часть 1
Едем мы с доктором на подстанцию, чтобы покушать и попить чаёк. Диспетчер по рации сказал, что вызовов мало, и минут 30 у нас есть. Расслабив ягодицы, мы общались о том, какой хороший и солнечный сегодня день. И вот, ты уже почти доехал до подстанции, как вдруг звучит рация, и диспетчер отправляет нас к ребёнку шести месяцев, повод - весь синий и не дышит!
Мысленно в голове я перебрал все матные слова, которые только знал. Такие вызовы я не люблю из-за того, что опыта в оказании помощи маленьким детям мало, и ещё мне не особо доставляет удовольствие общение с неадекватными мамашами. Я немного успокоился, после того, как посмотрел в глаза опытного доктора, который спокойно достал сигарету красного Мальборро и закурил её, выпуская дым из окна машины с каменным и уверенным лицом. Как будто все идёт по плану)
Сказав адрес водителю, на навигаторе у него я увидел, что до места прибытия 3 минуты.
За эти 3 минуты поездки в моей голове мелькали 1000 алгоритмов об оказании первой помощи детям. В тот момент я понимал, что время - это самый ценный ресурс для этого ребёнка, и такую роскошь, как ошибку при оказании медицинской помощи, я просто не могу допустить.
Приехали на место и взяли с собой все чемоданы, включая, разумеется, реанимационный набор. Мы не могли попасть в квартиру, потому что (забегая вперед) у родителей этого ребёнка не было трубки от домофона. Поэтому, как только прибыли, мы начали звонить матери ребёнка по мобильному телефону, который нам дал диспетчер на случай форсмажорных обстоятельств. Через минуты две я увидел картину, которая повергла меня в шок.
Дверь нам открыла мать (жительница Узбекистана), девушка лет тридцати, со смуглой кожей, длинным с горбинкой носом, карими и испуганными глазами, у которой был на руках грудной ребёнок. Быстро взяв этого ребёнка, мы начали осмотр, и в ходе этого переместились в машину скорой помощи. Ребёнок не дышал и был без сознания, кожные покровы бледные, пульс не прощупывался ни на сонной, ни на бедренной артерии, а артериальное давление было по нулям. Также визуально были все признаки биологической смерти, такие, как высыхания глазной роговицы и помутнение зрачка, а губы ребёнка были бурого цвета, плотные и морщинистые. На электрокардиограмме была асистолия (это отсутствие биоэлектрической активности на мониторе - выглядит как прямая линия). Но не смотря на эти все симптомы, мы начали реанимационные мероприятия. Этого ребёнка мне очень хотелось спасти, но, к сожалению, это жизнь, и как бы ты сильно не хотел - чудо не произошло. Сорокаминутная реанимация не дала никаких результатов.
О том, почему ребёнок погиб, и о том, что происходило дальше, вы узнаете тут.