В конце 20-го века был подготовлен первый проект карты генома человека, в котором были даны две надежды на ближайшее будущее.
Первая из них была посвящена потенциальным достижениям медицины, и составленная карта послужит стимулом для разработки новых видов терапии, которые будут способствовать укреплению здоровья и снижению вреда от широкого спектра заболеваний.
Вторая надежда была скорее расплывчатым политическим устремлением, но громко звучала на знаменитой пресс-конференции Белого дома в июне 2000 года.
Именно тогда президент Билл Клинтон (Соединенные Штаты), премьер-министр Тони Блэр (Соединенное Королевство) и два молекулярных генетика, возглавлявшие проекты по геному человека в государственном и частном секторах, согласились, что, ссылаясь на результаты первого картирования и определения последовательности на уровне ДНК, не существует такого понятия, как раса.
Однако, что касается этого заявления о "окончании" расы, то, как однажды Марк Твен прокомментировал статью в газете, в которой говорилось, что он умер, "новость о моей смерти была сильно преувеличена".
Так было и с расовыми и этническими категориями.
Действительно, имеются существенные доказательства того, что достижения в ряде областей исследований, имеющих отношение к молекулярной генетике (фармакогеномика, фармакотоксикология, клиническая генетика, персонализированная медицина и криминалистика), фактически способствовали переименованию расы в биологическую категорию.
Действительно, одним из самых поразительных событий последних нескольких лет стало стремление нескольких правительств взять на себя сильную защиту ДНК собственного населения - шаг, призванный защитить его от возможного биопиратства со стороны фармацевтической промышленности в западных странах.
Один ученый назвал это "национальным генетическим суверенитетом" и представляет собой противоположность универсальному понятию ДНК человека, которое было предусмотрено в ходе завершения проекта по геному человека.
На первый взгляд, эти политические рамки утверждают глубоко националистические настроения самоопределения в период растущей глобализации.
Она косвенно "клеймит" национальные популяции как биологически отличные от других популяций, "натурализуя" границы национальных государств для обеспечения того, чтобы менее влиятельные страны получали экономические и медицинские выгоды, которые могут быть получены в результате геномики населения.
В 2008 году Мексика внесла поправки в свой Общий закон о здравоохранении, сделав "отбор образцов генетических материалов и их транспортировку за пределы Мексики без предварительного разрешения... незаконной".
Поправка о геномическом суверенитете гласит, что мексиканские данные о геноме человека являются собственностью правительства Мексики, и запрещает и наказывает их сбор и использование в научных исследованиях без предварительного согласия правительства.
Она направлена на то, чтобы помешать другим странам анализировать мексиканский генетический материал, особенно когда результаты могут быть запатентованы, и поставляется с огромным укусом в виде тюремного заключения и потерянной заработной платы.
Мексика, возможно, находится в авангарде в столь явном утверждении своей приверженности национальному "геномному суверенитету", но страна далеко не одинока.
Индия, Китай, Таиланд и Южная Африка приняли политические заявления или законы, направленные на развитие национальной инфраструктуры геномики в интересах своего населения.
В 2009 году Паназиатский консорциум HUGO Pan-Asian SNP Consortium - международная исследовательская группа под руководством Эдисон Лю из Института генома Сингапура - картировал генетические различия и миграционные модели в 73 популяциях Азии, данные по которым поступили из 11 стран Азии: Япония, Корея, Китай, Тайвань, Сингапур, Таиланд, Индонезия, Филиппины, Малайзия, Таиланд и Индия.
В журнале Science (HUGO Pan-Asian Consortium 2009) были опубликованы результаты, в том числе краткое заявление о том, что
"существует значительная генетическая близость популяций СЭО [Юго-Восточной Азии] и СЭА [Восточной Азии]". (HUGO Pan-Asian Consortium 2009)
В том же году паназиатское исследование Iressa (IPASS) было проведено исследователями Гонконга, материкового Китая, Таиланда, Тайваня и Японии с участием 87 центров в девяти странах Азии.
Данное исследование явилось результатом предыдущих исследований, которые показали, что азиатское население реагирует на этот онкологический препарат иначе и более позитивно, чем другие группы населения.
Явно выраженное усиление расового самосознания при передаче данных в области геномной науки человека было наглядно продемонстрировано в выпуске журнала Nature от 6 ноября 2008 года.
В этом журнале были опубликованы две статьи, в которых утверждалось, что впервые "раскрыт" весь геном человека:
а) "азиатский индивидуум", а затем
b) йорубанский или "африканский индивидуум".
Nature сослалась на то, что лауреат Нобелевской премии, как основатель структуры ДНК, и глава группы частного сектора, которая занималась секвенированием генома человека, получили полную последовательность геномов. Руководители исследований оба белые мужчины.
Но почему именно эта таксономическая система пытается разобраться в полезных, важных или релевантных "различиях"?
Ответ заключается в более тщательном изучении недавно возникшего научного дискурса о "древних популяциях" и изменчивых и спорных границах между тем, что представляет собой "население".