Это редкое произведение византийских мастеров из полудрагоценного агата принято датировать 350 годом н. э. и относить к разряду самых привлекательных произведений искусств, к которым тянутся руки и интересы коллекционеров и императоров, художников-собирателей и хранителей ценностей, пиратов, воров и авантюристов. Маршруты путешествий вазы, украшенной рельефом с веселящимися пьяными сатирами в винограднике, теряются во тьме веков. Прежде чем дойти до нас, она не раз исчезала из поля зрения специалистов и знатоков, не раз всплывала из небытия, чтобы украсить коллекции меценатов разных стран и эпох.
Выставленная в ХХ веке на аукционе в Нью-Йорке, ваза сопровождалась описанием в каталоге, где ее называли вазой Питера Пауля Рубенса и свидетельствовали, что именно она принадлежала английскому поэту Уильяму Бекфорду. Но подтвержения этим фактам представлены не были, и удивительное декоративно-прикладное произведение продавалось как не имеющее подтвержденной легенды.
Свидетельства подлинности легенды всплыли совершенно неожиданно. Дотошный музейный служащий Чаунси Росс как-то раз рассматривал материалы, связанные с жизнью и творчеством поэта, в альбоме с видами резиденции Уильяма Бекфорда - Фонтхилл Джиффард, славившейся как роскошный особняк готического стиля. Мода на готический стиль была столь популярна в Англии конца XVIII столетия, что многих привлекали формы и отделка прекрасного особняка, построенного для автора оккультного произведения "Ватек" архитектором Джеймсом Уаттом. Естественно, что в доме поэта большое место отводилось различным произведениям английского и европейского искусства и бесконечному числу книг. На одной из иллюстраций была воспроизведена книга в дорогом, ручной работы переплете, на котором музейный работник обнаружил изображение вазы, представленной на аукционе в Нью-Йорке. Это настолько заинтриговало Росса, что он обратился к архивным материалам о Бекфорде и перечитал его переписку с обладателями реликвий и художественных ценностей, постепенно перекочевавших в имение поэта. Так было обнаружено письмо, написанное неким человеком, хорошо знакомым с собранием редкостей поэта, в котором упоминалась "ваза, состоящая из одного целого блока халцедона - оникса", считавшаяся "одним из любопытных предметов...". И любопытную подробность отмечал корреспондент английского поэта, вспоминавший рассказ владельца о том, что Питер Пауль Рубенс "раскрашивал ее, за что в свое время ему была отдана большая сумма денег". Эти слова подтверждала гравюра с рисунком Рубенса, также хранившаяся в собрании поэта. Такие доказательства принадлежности произведения одному из известнейших поэтов XVIII столетия должны были привлечь к вазе дополнительных покупателей и специалистов по литературе. Однако исследователь Росс не остановился в своих поисках и переключился на архивные материалы, связанные с именем фламандца. Здесь ему удалось найти не только многочисленные упоминания о вазе в письмах мастера, но и выйти на других владельцев редкого произведения.
Созданная в середине IV века мастерами византийской школы, ваза пребывала в безызвестности до четвертого крестового похода, когда была захвачена столица Византии Константинополь (1204 год). Высказывалось предположение, что именно тогда она была вместе с другими награбленными сокровищами вывезена во Францию. Здесь о ней упоминается около 1368 года как об одной из достопримечательностей коллекции герцога Анжуйского. После кончины герцога ваза перешла его брату - французскому королю Карлу V Мудрому, не только поддерживавшему развитие искусства в стране, но и с удовольствием пополнявшему произведениями разных мастеров собственное собрание. Именно при Карле Мудром ваза из единого камня была выставлена в Лувре.
После смерти короля (в сентябре 1380 года) прошло целых 35 лет, прежде чем события снова коснулись судьбы византийского произведения. Вдова Карла V - Жанна де Бурбон, подарила королевскую коллекцию собору Парижской Богоматери, где редкие художественные изделия хранились до конца XVI столетия. Именно тогда для поправки плохого финансового положения городской общины византийская ваза, вместе с остатками коллекции Карла, была продана за очень скромную сумму. А в 1619 году, выставленная на открытую продажу одним из парижских рынков, ваза была куплена Питером Паулем Рубенсом, признавшим в ней высокое мастерство византийских ремесленников. Спустя десять лет и сам Рубенс был вынужден продать свое сокровище, оказавшись в затруднительном финансовом положении. И новый владелец - Великий Могол Индии Джахангир - приказал своим агентам и посредникам доставить редкость из Европы. Но ваза так и не попала в далекие края. Корабль, на котором редкое произведение искусства совершало путешествие, потерпело крушение у берегов Австралии. На борту парусника разразилась настоящая трагедия. В то время как одна группа моряков и офицеров отправилась на шлюпках к берегам Явы за помощью, другая, более алчная, набросилась на пассажиров с целью захвата перевозимых сокровищ. Более двухсот человек погибли в этой беспощадной борьбе, а вместе с захваченными сокровищами исчезла и ваза византийских мастеров.
Никому не известно было местопребывание вазы на протяжении очень длительного периода. Она вновь всплыла благодаря Бекфорду, купившему ее в 1818 году для своего имения Фонтхилл Джиффард. Но на этом приключения художественного сокровища не закончились. Покинув имение в 1822 году, поэт продал вазу своему зятю герцогу Гамильтону, владевшему сокровищем до 1880 года. В эти годы происходило много событий вокруг художественных сокровищ, продолжавших храниться в имении Фонтхилл Джиффард. Главное из них - падение центральной башни загородного дома, которая погребла под своими обломками многочисленные залы, заполнявшиеся произведениями искусства. Видимо, тогда вазе были нанесены самые сильные разрушения, которые был вынужден исправлять неизвестный реставратор.
В 1880 году герцог Гамильтон продал вазу за 800 фунтов стерлингов некоему сэру Ф. Куку, который, в свою очередь, выставил сокровище в начале 1900-х годов в Лондонском Бирлингтонском доме. Она называлась тогда "Ваза Гамильтона" и была включена в официальный каталог, но без предыстории существования.
Американец Генри Уолтерс, открывший в 1871 году музей в Балтиморе, приобрел вазу в 1925 году за 8500 долларов, обогатив свое собрание подлинным шедевром прикладного искусства. Но и попав в музей, так же как прежде в королевское собрание, ваза не прекратила своих скитаний. Смерть владельца музея привела к тому, что вдова выставила для продажи ряд предметов из его собрания, в том числе и знаменитую вазу. История путешествий знаменитого камня из Византии была тогда никому не известна, и, естественно, цена вазы была очень скромной по сравнению с ее истинной художественной и исторической ценностью.
Сосуд со сложной резьбой на поверхности хранит древние традиции и представляет в ХХ столетии единственный образец высокого искусства исчезнувшего государства Средиземноморья. Сохранились от той далекой эпохи вазы из стекла, но агатовое произведение не только совершеннее, а просто уникально. И сегодня редкость демонстрируется в музее Уолтерса в Балтиморе.