Найти в Дзене
Мутиные Истории

Мастер перевоплощения

Истории давно известны случаи, когда женщины перевоплощались в мужчин. Девица-кавалерист, напри­мер (см. фильм «Гусарская баллада»). Однако в давние времена это было сравнительно легко. Документов почти никто не спрашивал, в крайнем случае можно было предъявить чу­жие, фототрафию-то еще не изобре­ли. Достаточно было одеться в муж­скую одежду, чтобы сразу приобрес­ти привилегии, недоступные женско­му сословию. Возможность осуществиться этой мечте свалилась на нашу героиню Зою Кочергину с неба. В буквальном смысле. Дело в том, что Кочергина работала в одном из аэропортов Москвы кладовщицей в камере хранения не­востребованного багажа. В эту же камеру сдаются вещи, утерянные или забытые пассажирами. И вот, значит, в одно из серых, ничем не примечательных дежурств некая женщина сдала найденные ею в самолете 75 тысяч рублей. Вероятно, она не хотела, чтобы в газете появилась заметка под названием «Благород­ный поступок», и поэтому не назва­ла своей фамилии. И Зоя твердой рукой поставила пер

Истории давно известны случаи, когда женщины перевоплощались в мужчин. Девица-кавалерист, напри­мер (см. фильм «Гусарская баллада»).

Однако в давние времена это было сравнительно легко. Документов почти никто не спрашивал, в крайнем случае можно было предъявить чу­жие, фототрафию-то еще не изобре­ли. Достаточно было одеться в муж­скую одежду, чтобы сразу приобрес­ти привилегии, недоступные женско­му сословию.

Возможность осуществиться этой мечте свалилась на нашу героиню Зою Кочергину с неба. В буквальном смысле. Дело в том, что Кочергина работала в одном из аэропортов Москвы кладовщицей в камере хранения не­востребованного багажа. В эту же камеру сдаются вещи, утерянные или забытые пассажирами.

И вот, значит, в одно из серых, ничем не примечательных дежурств некая женщина сдала найденные ею в самолете 75 тысяч рублей. Вероятно, она не хотела, чтобы в газете появилась заметка под названием «Благород­ный поступок», и поэтому не назва­ла своей фамилии.

И Зоя твердой рукой поставила первую пришедшую в голову фами­лию — «Абдурахманов». В той самой графе, где расписываются при полу­чении владельцы забытых и утерян­ных вещей, а в данной ситуации — денег. Превращение свершилось!

Теперь была очередь за следую­щим свершением. Зоя Кочергина взяла (или теперь «взял») деньги из кассы и пригласила (или «пригла­сил») в ресторан знакомую девуш­ку. Вдвоем они ели цыплят табака и пили коньяк.

Оставим их пока здесь и перейдем к другой сюжетной линии.

Прилетевший из Ташкента гражда­нин Коваленко не был подпольным миллионером, а потому сразу обна­ружил утерю денег. Он даже вспом­нил, что какая-то женщина в отчая­нии размахивала ими на перроне... Раз так, решил Коваленко, деньги не пропадут. Но на всякий случай в этот же день дал телеграмму, что в сле­дующий свой приезд в Москву за деньгами обязательно зайдет. Через две недели у него почему-то заще­мило сердце, и он, опять же на вся­кий случай, дал вторую телеграмму аналогичного содержания. Потом, бу­дучи стеснен в средствах, он не слал больше телеграмм, ограничиваясь за­казными письмами и бережно сохра­няя квитанции.

Правда, переписка была в некото­ром роде односторонней: Ташкент — Москва. Все адресаты: начальник аэропорта, началь­ник отдела перевозок, начальник пассажирской службы — как будто сговорились иг­норировать известное изречение классика: «Не ответить на полученное письмо — то же самое, что не пожать протянутую руку».

В общем-то, может быть, Ковален­ко и не прочь был оставить большое эпистолярное наследство, но его ог­раничивали тематические рамки: сно­ва и снова писал он, что, как выясни­лось, никакого Абдурахманова в са­молете не было, а деньги явно при­своила Кочергина.

Проверка отняла бы у руководства аэропорта не больше времени, чем прочтение хотя бы одного письма. Но в том-то и дело, что писем этих, вероятно, никто не читал. Иначе чем объяснить, что лишь очередной шаг отчаявшегося Коваленко — письмо министру гражданской авиации — дал положительные результаты в виде на­правления его писем для проверки в полицию. Это, в свою очередь, то­же дало положительные результаты: в полиции в течение нескольких дней восстановили всю историю перевоп­лощения Зои Кочергиной.

Вот тут и стало руководителям аэ­ропорта стыдно за проявленные чер­ствость, бездушие, невнимательность к серьезным сигналам бывшего пас­сажира. Они срочно переключились на качества прямо противоположные: чуткость, душевность, внимательность.

Но так как Коваленко был, во-пер­вых, далеко, а во-вторых, откровен­но говоря, порядком надоел всем своими письмами, перечисленные по­ложительные качества решено было проявить по отношению к Кочерги­ной. Не пропадать же им, этим каче­ствам, зря.

Кочергину чутко оставили на рабо­те, связанной с материальными цен­ностями. Ее душевно отправили укре­плять расшатавшиеся нервы в отпуск, не дожидаясь окончания следствия. Ей внимательно, стараясь не оши­биться, начислили отпускные, вместо того чтобы немедленно возместить ущерб потерпевшему. Короче говоря, обслужили по всем пунктам.

А Коваленко?.. Что ж, и его ждет сюрприз. На днях он получит очеред­ной отпуск (да, да, с начала этой ис­тории прошел ровно год). И как толь­ко самолет из Ташкента приземлится в Домодедове, представитель адми­нистрации аэропорта в торжествен­ной обстановке вручит хозяину его деньги. И принесет ему извинения.

-2

Не забывайте поставить лайк и написать что-нибудь приятное в комментарии!