Фельетон на управляющую компанию. По реальным событиям.
Окопная война приняла затяжной характер. Вот уже три месяца идет осада жилого дома номер 24 на Оленьем валу.
Подходы к дому перерыты траншеями, через них положены хлипкие мостики. Жители держаться стойко и своих позиций не сдают.
Командующий фронтом, — директор управляющей компании Егор Наполеонов созвал экстренное совещание. С докладом выступил главный инженер Михаил Дуплетов.
— Оперативная обстановка остается сложной, — поправив очки, произнес Дуплетов. — В ходе продолжительных боев, нам удалось перевести жителей на минимальный сервисный уровень, так сказать обслуживания, что позволило нам сэкономить значительные средства.
— Уточните детали, маршал, — потребовал командующий фронтом.
— Прежде всего температуру горячей воды мы понизили до 42 градусов. Теперь, чтобы набрать ванну, жилец тратит в три раза больше горячей воды. Соответственно, мы на этом значительно выигрываем, но финансовую брешь в 330 тысячи рублей залатать еще не смогли. Периодически отключаем электричество, тем самым находящиеся в осаде вынуждены нарушать режим питания, так как разогреть пищу, кроме как на костре у дома больше негде.
Неожиданно слово попросил недавно назначенный на должность младшего инженера Максим Скоробогатов.
— Неужели нельзя договорится? — пожал плечами Максим. — Ведь причина войны в том, что несколько жителей не платят за коммуналку.
— Нет, — сказал как отрезал Наполеонов. — Знаете как в армии воспитывают? Бросил солдат бычок от сигареты мимо урны, — это ЧП. Вся рота поднимается по тревоге. Бойцы несколько часов ходят строем, отдавая последнюю дань памяти сигарете, затем роют могилу два на два метра и хоронят этот злосчастный бычок. Так и мы, — воспитываем неплательщиков через коллектив.
Совещание нарушил прибежавший диспетчер. — Пассажирский лифт сломался, мне уже весь телефон оборвали, — радостно произнес он.
— Благую весть принес, ты нам, гонец, — обрадовался Наполеонов. — Грузовой уже два месяца стоит, теперь они побегают на 16-ый этаж. Глядишь, сговорчивей станут.
— После того как мы им отопление на пару дней отключили, дом покинули женщины и дети. Остались одни старики, — покачал головой главный инженер. — Они просто так не сдадутся. Тут надо что-то новое придумать.
— Что ты можешь еще придумать? Мы им детскую площадку без мачты освещения поставили, горку без лестницы и каток зимой не заливаем, — поглаживая рукой статуэтку богини справедливости, рассуждал Наполеонов.
— А давайте турникет перед входом в подъезд поставим, как в автобусе, — озорно сверкнув глазами предложил Скоробогатов.
— Хорошая мысль, но бесперспективная. Сравнима с применением запрещенного химического оружия, — предостерег директор.
— А в автобусах это уже давно практикуют…
— Так то автобусы. Там столетнюю войну с пассажирами смогли выиграть только таким способом. Как говорил Бонапарт Наполеон, есть только два рычага, которыми можно двигать людей, — страх и личный интерес. А в наших руках таких рычагов значительно больше.