Когда по крайней мере несколько артистов эстрады обладали и интеллектом, и чувством достоинства, Фред Аллен, великий остроумный радиокомик - в его случае, не противоречащие друг другу термины - написал свою автобиографию и назвал ее "Трэдмиллой, чтобы забыть". Это вдохновляющее название вдохновляющей книги, одним из пунктов которой является то, что независимо от того, что вы делаете и насколько хорошо вы это делаете на своем жизненном пути, почти неизбежно это приведет к тому, что вы будете забыты.
Казалось бы, суровый, но на самом деле довольно прозаический взгляд на вещи, выраженный в этом названии, может показаться странным введением в столь популярный роман Хелен Филдинг "Дневник Бриджет Джонс". Но я считаю, что это верно, особенно для читателей, которые имеют не только интеллект и ощущение пригодности вещей, но и несколько лет на них - т.е. тех из нас, кто живет в джизерских или доизерских геологических пластах - кто может подумать, что роман о романтических интригах незамужней британки, которой тридцать с лишним лет может их мало заинтересовать.
Неправильно. Во-первых, если вы принадлежите к поколению, которое считало до свадьбы, что жить вместе в "лачуге", вам будет очень интересно, с вашей точки зрения беговой дорожки, эмоциональные круговороты Бриджет Джонс и ее поколения, зная, что через несколько мимолетных десятилетий они будут сведены к нулю. Такое отношение, конечно же, раздражает поколение Бриджит Джонс, и его следует поощрять.
Кроме того, книга просто смешная. На протяжении веков было много английских дневников, от Сэмюэля Пеписа до Эдриан Мола, и хотя Бриджет, возможно, не совсем похожа на 13-летнюю Адриану Таунсенда по остроте наблюдения, она, безусловно, соперничает с мистером Пеписом в личном откровении.
В книге в виде дневника рассказывается о том, что в течение года Бриджит переживает "синглтонское" беспокойство о том, что она может никогда не найти мистера Райта, о ее сомнениях в существовании такого понятия, как мистер Райт, и о ее обидах, что она вообще чувствует, что должна быть в таком поиске. "Я сидела, садилась, - пишет она 9 сентября, - трепеща от их умозаключений о сроках годности и жизни женщины как игра музыкальных стульев, где девушки без стула/человека, когда музыка заканчивается/они выходят из игры. Ха. Как будто."
Злоупотребление Бриджит или Филдингом умозаключением для подтекста в этой записи иронично, в этот век, когда редакторы с недостаточным образованием выпускают книги с недостатками в редактировании, потому что Бриджит работает в издательстве и понимает свои ограничения: "Должно сработать над орфографией, однако. В конце концов, получите диплом по английскому языку").
Каждому входу предшествует рассказ о ее успехах или их отсутствии в борьбе с пороками курения, пьянства и обьедения. В один особенно напряженный день она записывает "40 сигарет (но перестала вдыхать, чтобы курить больше)".
Некоторые из записей обманывают дневниковое тщеславие, так как они, кажется, были написаны через несколько мгновений после событий, но это не имеет значения. Почти все они связаны с мужчинами, интимом, ревностью и попытками матери навязать ей богатого адвоката.
Итак, с 1 января по 26 декабря она рассказывает о "страхе смерти в одиночестве и о том, что три недели спустя ее найдет полуголодный эльзасец" и о своем негодовании/зависти в отношении "умных" жен: спешащих на вечеринку, пишет Бриджит: "Сердце тонуло от мысли о позднем и похмельном состоянии, в окружении беременных женщин и девочек, которые часто рожают своих детей".
Тем не менее, что хуже, чем не быть самовлюбленным женатым, так это возможность того, что один из твоих неженатых друзей может стать таковым: "Если ты не замужем, последнее, чего ты хочешь, это чтобы твой лучший друг наладил функциональные отношения с кем-то другим."
Всё это сводится к истории 90-х годов о мальчике-гетс. С "глубоким сожалением, яростью и подавляющим чувством поражения" Бриджит узнает, что "секрет счастья с мужчинами" приходит через вариацию на древнюю мораль: мать знает лучше всех.