- Мечтаю о том дне, когда мне будет невыносимо жарко в этом пальто. Когда я его наконец сниму и больше не надену?!
Мы шли втроем по заснеженному городу.
Страна в блокаде. Кусачие зимы на фоне полного отсутствия электричества, газа, отопления. Днем ходили в пальто, ночью в них спали. Специальные пальто для сна. Звучит нелепо. А в те годы это было явлением нормальным. Более того – единственно приемлемым для большинства в Армении, чтобы не умереть от холода.
Мы шли втроем с уроков из института, где выбитые окна были затянуты подобием целлофана. Холодно было везде. Холодно было всегда. Холодно, холодно, холодно…
Мы – я и мой друг – и девочка, которая нравилась нам обоим. Мы очень вежливо это скрывали друг от друга, но каждый мечтал ей хоть чем-то понравиться больше. Завоевать как-то. Мой дед шутил в те годы: подари ей охапку дров и канистру керосина – сразу станешь желанным гостем.
Было невыносимо холодно, но сердца наши горели. И эти проклятые пальто, которые надо было вечно одевать, действовали на нас скорее как смирительные рубашки. Балласт, который надо было все время тащить на себе. Надевать и нести весь день. Иначе замерзнешь. Хоть и горишь изнутри.
- Когда я его наконец сниму и больше не надену?
Когда мой друг сказал эту фразу вслух – тогда в 92-м – я особо и не отреагировал. Ну брякнул пацан – мечтает о дне, когда сможет вволю повыпендриваться перед нашей общей избранницей в полной красе. Он действительно был симпатичным парнем. Я ему даже немного завидовал: стройный, накаченный. Умный, опять же. Словом, есть чему позавидовать. Ну, разумеется, пальто мешало ему. Всем нам пальто мешали. Даже самым несимпатичным.
Эти вериги, эти оковы, эта каждодневная тяжесть. И вместе с этим – холод, который никуда не исчезал, одень ты хоть сто пальто. ... Спустя много лет один знакомый священник сказал, что тогда это были испытания, дарованные нам сверху. Да, есть такое – у всех была единая судьба. И у богатых, и у бедных. Всем светил один и тот же огонь, в одном общем тоннеле. Кому-то просто было легче к нему идти, кому-то – сложнее. Но выбор у всех был один. Тогда. В те годы, когда все были в пальто. И мы – с нашей общей избранницей. Шли. По заснеженному городу…
Почему я вспомнил эту фразу. Может, потому что похолодало, и приобретенный за те годы устойчивый рефлекс ощущения некой назревающей паники, предчувствия дурного при первом же холоде дал о себе знать. Кстати, есть такое. Даже летом, в жару, когда сегодня вдруг выключается электричество, чувствуешь некий необъяснимый дискомфорт. Все же шесть лет в холоде, без электричества, газа, отопления, воды, связи, нормального питания. Это не шутки.
Так вот почему я вспомнил эту фразу. Прошли годы, блокада вроде как частично снята, электричество есть у всех, газ, опять же, отопление, вода – словом, все хорошо. И даже когда холодно, этому можно очень быстро противостоять – хочешь пей чай, хочешь коньяк. Возможности позволяют – жить стали лучше.
Но вот… пальто. Это проклятое пальто. Мерзкое, тяжелое, серое пальто. Душит. Мы его сняли? И днем, и ночью, как в те годы, все то же стойкое ощущение того же груза, оков, футляра.
Пальто.
Блокады нет давно. А пальто… И зимой, и летом...
Мечтаю о том дне, когда я наконец сниму и больше Никогда его не надену!
