Одомашнивание могло повысить воспринимаемую ценность некоторых растений, отчасти потому, что для выживания и размножения им вообще требовалось вмешательство человека.
Например, в своем анализе имперских стратегий в доколумбовых Андах Кристин Хасторф отмечает, что, хотя чича (ферментированный напиток) может быть приготовлена из различных растений, версия, сделанная из кукурузы, была особенно высоко оценена. О чем свидетельствует частое восстановление кукурузы среди захоронений в доколумбовом Перу. В Египте хлеб и пиво, которые широко потреблялись людьми, также пользовались большим уважением, чтобы принести их в жертву богам.
Празднование является политически значимым действием, оказывающим влияние на производство, хранение и распределение, но оно происходит лишь изредка, в отличие от обычных блюд, которые потребляются каждый день.
Хотя предполагалось, что общинные праздники являются метафорическим продолжением домашней трапезы, общественный и исключительный характер праздников делает их лишь частью системы питания.
Более мощным на бытовом уровне является вопрос ежедневного потребления, физической и психологической интернализации социально приемлемых продуктов питания, в которых следует сказать, что домашнее питание является метафорическим продолжением ритуального пиршества.
Более того, продукты питания с высоким статусом могут быть одним из немногих потребительских товаров, которые не теряют своей привлекательности, когда их в изобилии.
Признавая широко используемые продукты питания в археологических раскопках, исследователи начали рассматривать выбор продуктов питания как компонент социальной сплоченности, в которой предпочтения всего общества выражаются в повседневной практике. Эта ежедневная практика включает в себя решения о приготовлении пищи, а также о том, когда, как, сколько и кем следует употреблять пищу.
Однако повседневная практика также предполагает распределение домашними хозяйствами рабочей силы, необходимой для выращивания и переработки продуктов питания, часть которой может координироваться наддомовыми органами и находится вне непосредственного контроля самого домашнего хозяйства.
Хотя в простых обществах такие внешние требования встречаются редко, переход к социальной сложности отчасти может быть определен как включающий регулярное изъятие рабочей силы надхозяйственными органами, которые используют этот труд для развития и поддержания инфраструктуры и памятников.
Идея интернализованной социальной ценности как мотивирующего элемента также имеет глубокие последствия для понимания интенсификации сельского хозяйства, поскольку общие ценности помогают объяснить, почему трудовые инвестиции рассматриваются как привлекательные для тех, кто должен обеспечить рабочую силу.
Южная Азия является особенно убедительным примером того, как социальное и ритуальное значение основных продуктов питания - риса - проявлялось в интенсификации сельского хозяйства и сдвигах в политической экономике.
Богатое разнообразие текстов и многочисленные археологические исследования на субконтиненте позволяют нам оценить, каким образом и когда были сформулированы предпочтения в отношении продуктов питания и как эти предпочтения были связаны со стратегиями сельскохозяйственного производства.
На сегодняшний день археологическое изучение южноазиатского сельского хозяйства в основном сосредоточено на экономических и логистических аспектах растениеводства.
Совсем недавно исследователи признали, что "социальные ценности" могли повлиять на адаптацию сельскохозяйственных культур в регионе. Текстовые исследования, напротив, в большей степени сосредоточены на запретах на еду и избегании поведения, чем на объединении кулинарных традиций самых ранних исторических периодов.
Объединив текстовые и археологические данные о повсеместном потреблении, ученые могут проиллюстрировать, как производство продовольствия стало проявлением общественного консенсуса в отношении предпочтений в области продовольствия.
