Важным источником повышения производительности труда в нашем хозяйстве является ежегодный пересмотр норм выработки. При правлении колхоза есть специальная комиссия, в которую входят: заместитель председателя колхоза, счетовод по труду, несколько звеньевых, бригадиров и рядовых колхозников.
В прошлом году, к примеру, частично механизировали мы очистку зерна. И тотчас же была изменена оплата тем, кто работает на очистке. Вместо 5,25 трудодня за 20 центнеров очищенного льносемени стали начислять 3,50 трудодня.
Заработок колхозников от этого не снизился, и для колхоза получилась прямая выгода: на очистке управлялись уже не три, а два человека. Таких фактов у нас немало. И получается, что механизация трудоемких процессов - это не только облегчение труда, но и прямой путь к увеличению стоимости трудодня для колхоза и колхозника.
Применяется у нас в колхозе с недавнего времени и прогрессивная система оплаты труда. О том, как это нам помогло, судите сами. В прошлом году поспели у нас и зерновые и лен одновременно. МТС не смогла полностью обеспечить механизированной уборки зерновых, хотя в договоре это было предусмотрено. Значит, надо было убирать и вручную.
Как управиться с таким большим объемом работ и ничего не потерять на уборке?
Созвали колхозный актив. И так и этак прикидывали - мало народу, и взять неоткуда. Тогда председатель предложил на уборочных работах применить прогрессивную систему оплаты, как в промышленности. Постановили установить на жатве норму в 150 снопов и за каждый сноп платить по одной сотке.
За каждый сноп сверх нормы начислять уже полторы сотки, а за каждый сноп, сжатый сверх 300,- две сотки. Сноп должен был иметь в пояске (перевясле) не менее 60 сантиметров. По такому же принципу ввели оплату и на тереблении льна. И скажем прямо: именно это помогло нам убрать весь урожай в кратчайший срок без потерь.
О работе МТС я должна сказать особо, ибо это тоже имеет прямое отношение к экономике колхоза. Хорошая работа МТС помогает колхозу расти, а плохая мешает.
Приведу пример.
Осенью прошлого года вбегает ко мне наш агроном Алексей Александрович Рубцов. Сел на стул (ему за семьдесят) и отдышаться не может.
- Что случилось? - спрашиваю.
- А то случилось, Елена Назаровна, что и сказать стыдно. Сколько мы раз картофелища перепахивали?
- Известно,- отвечаю.- Раз пахали, когда картофель убирали, второй раз перепахивали.
- Так вот, тракторная бригада в третий раз пахать начала, шесть гектаров вспахать успели. Насилу согнал с поля. И добро бы сказали - ошиблись. Так нет, кричат: «Нам план выполнять надо!»
Факт смешной, глупый даже, но за этим фактом стоит дело большой государственной важности и требует скорейшего, безотлагательного решения.
Дело в том, что при существующих порядках оплаты труда механизаторов их заработок зависит не столько от получаемого колхозами урожая, сколько от выполнения плана тракторных работ в переводе на мягкую пахоту. Вот они любыми путями и стремятся выполнить план. Порою даже в ущерб колхозу и государству, как это показывает пример с пахотой картофелищ.
Есть у механизаторов виды работ выгодные и невыгодные. К примеру, вывозка удобрений - работа, на которой мягкой пахоты набегает мало, а потому механизаторы от нее уклоняются, и вывозить удобрение мы вынуждены на лошадях.
Очень часто трактористы оставляют на полях невспаханные клинышки — в гектар, в полгектара, их приходится допахивать тоже лошадьми. Словом, недоделок масса. А сколько колхоз теряет от этого, судите сами.
Раскорчевали мы, например, 40 гектаров зарослей, а засеяли на этом новом поле всего 11,5 гектара, и то своими силами, потому что механизаторы нам в этом не сумели помочь, а ведь по договору это их прямая обязанность. 28 с половиной гектаров пустующей земли - это 500-600 центнеров недополученного зерна при нашей средней урожайности в этом году.
Короче говоря, договор с колхозом для нашей МТС не стал еще законом, хотя решения партии и правительства прямо говорят: договор должен иметь силу закона.
14 февраля в Кремле начнет свою работу XX съезд Коммунистической партии. Наш колхоз «Авангард» встречает его большими трудовыми успехами, но эти успехи могли бы быть еще значительнее, не мешай нам то, о чем я - хорошо ли, плохо ли - сказала, как велит мне мой долг коммунистки и советского человека.