В дверь раздался стук.
-Открыто, - бросил Ройланд.
В кабинет зашел человек, одетый в форму сержанта полиции.
-Добрый день, детектив Ройланд, не так ли? – осведомился сержант.
-Все верно, - ответил детектив, пристально рассматривая человека. -Что за вопрос?
-Мне рекомендовали вас как лучшего специалиста. Все верно?
-Ну вы не просто так пришли, - с легкой ухмылкой произнес Ройланд. –Повторю еще раз, что за
вопрос?
-У нас тут тройное убийство возле участка, и никаких зацепок. В отделе работают одни
неповоротливые идиоты, а вы, как я вижу человек серьезный.
- Что ж, едем, - непринужденно сказал детектив, вскочил со стула и схватил из шкафа плащ.
-Как, уже? – удивился сержант.
-Вы же сами сказали, что я человек серьезный, - угрожающим шепотом произнес Ройланд. Он не
терпел тугодумов и людей, которые не следят за языком.
На полицейской машине они добрались до участка. Сержант проводил детектива по длинному
коридору в кабинет начальника участка.
-Добрый день, - вежливо поздоровался Ройланд с огромным начальником, который носил
пышные усы и круглые очки.
-Привет, детектив, - ответил начальник густым басом. –Капитан Вудс, рад познакомиться.
Они обменялись рукопожатием.
-Присаживайся, - указал Вудс на стул перед своим столом.
Ройланд, не снимая плаща, уселся, закинул ногу на ногу и сказал:
-Давайте сразу к делу.
-А ты прыткий, как я погляжу, - начальник приподнял бровь.
-Капитан, я тут варюсь уже семь лет, и прекрасно знаю, что все любезности и подробности,
которые к делу не относятся, можно либо опустить, либо избежать.
-Серьезный ты парень, - в глазах Вудса блеснуло уважение. –Значит так, у нас три трупа, прямо вот
на этом крыльце, один полицейский. Двое других обычные обыватели, один строитель, второй
курсант военной академии. Зарезаны кухонным ножом, таким, знаешь, им хлеб нарезают.
Никаких улик, свидетелей, ничего.
Ройланд слушал, уставясь взглядом в пол.
-Не бывает так, чтобы без улик, - сказал он, медленно поднимая голову. –Место преступления уже
почистили?
-Конечно. Мы ж тут ходим.
-Ладно. Вообще ничего больше нет?
-Абсолютно! – капитан развел руками.
-А фотографии с места преступления есть?
-Конечно, это мы тебе дадим. Но больше вообще ничего нет.
-Хорошо, давайте их сюда и я поеду.
-Как? Уже?
-Вудс, я сказал, что то, что не относится к делу, можно опустить, - опять с ноткой угрозы произнес
Ройланд.
-Да, понял.
Ройланд вышел из участка с папкой с фотографиями в руке и отправился в сторону метро. Он не
любил и не собирался покупать себе машину, общественный транспорт нравился ему больше. Там
были люди, много людей, их всех можно было рассмотреть, представить, чем они занимаются. Он
находил это забавным и отвлекался от тяжелых мыслей. Кто кого зарезал, подставил, убил,
изменил – все это валилось ему на голову, начиная с чиновников и заканчивая полицейскими. В
политических делах все было ясно, этого было его коньком. В свое время он пробился к мэру на
прием с целью выбить так называемое «право палача» - если он убивал или тяжело калечил
подозреваемого или виновного в преступлении, все обвинения полиции снимались с детектива в
случае, если он предоставит доказательства виновности преступника. В правительстве Соллараса
никогда не было порядка, постоянные подкупы и обман довели его до настоящего распутства, и
знали, что, раз человек попал к мэру, то он настроен серьезно, тем более что немногие, но все же
честные сотрудники, хотели вычистить оттуда грязь. Ройланд был сродни наемному убийце,
агрессивный и безжалостный, он работал с максимальной аккуратностью и точностью. Его навыки
боевой подготовки были на высоком уровне, при том, что он сохранил аналитический склад ума и
ясность мышления. Эти качества делали его непревзойденным профессионалом своего дела.
Одно у него получалось плохо – находить общий язык с людьми, которые неграмотно изъясняют
свои мысли и которых нужно переспрашивать. А такие ему попадались довольно часто. Право он
получил, но вот пользовался им не так часто, как ему бы хотелось. Его жертвы либо отделывались
испугом, либо уверяли, что не пойдут в полицию, либо откупались.
Давным-давно, еще в детстве, Ройланд оказался заперт в горящем автомобиле. Отец забрал его
из школы, и они вместе отправились домой. На перекрестке в левый бок машины на полном ходу
влетел грузовик, так, что машину отшвырнуло на четыре метра в кусты около дороги. Отец умер
сразу от удара, а мальчик потерял сознание. Когда он начал приходить в себя, пламя в капоте уже
разгоралось. Еще с детства он показывал небывалую силу духа, и, увидев отца мертвым, только
вздохнул, зная, что ничего поделать нельзя. Пожарные еле успели вытащить его из машины, как
через несколько секунд грянул взрыв. От отца ничего не осталось, похороны были сугубо
символическими, но, пожалуй, нет более страшной силы, способной напугать Ройланда, чем
автомобили.
Поезд метро остановился на «Редхарт эйв». Ройланд, насвистывая, перешел дорогу и оказался
прямо перед офисным центром. Лифт, 28-й этаж, дверь в узкое помещение с белыми стенами,
дверь с надписью «Дет. Ройланд», стол, компьютер и электрический чайник. Ройланд неспешно
заварил себе кофе и принялся изучать фотографии.
-Ройланд!
Ройланд встал, вышел из кабинета и повернул налево, в кабинет босса. Он открыл дверь и увидел
Кровоновски, стоящего у окна, со стаканом виски в руке.
-Я смотрю, ты начал перенимать нехорошие привычки у нашей главной проблемы, - язвительно
заметил детектив.
-А, это, - рассеянно пробормотал Дезмонд. Он позволял в свой адрес замечания и легкие шутки от
Ройланда, но только потому, что действительно уважал его.
-Зачем позвал? – спросил Ройланд.
-Ты не знаешь, куда делся Хаммер?
-Понятия не имею. По мне так лучше, что его нет, выхлопом не пахнет.
-Да, да, - покивал босс и отхлебнул из стакана. –Он, конечно, тот еще засранец, каких поискать, но
работу делает. У меня хорошая новость.
-Интересно.
-На днях я встречался с мэром. Твое «право палача» образовало новый поворот. Теперь все
агентство уполномочено действовать согласно такому предписанию, но только если вина будет
доказана.
-То есть и ты, и Хаммер?...
-Да, и даже Сантинелли. Мэр хороший мужик, а вот судьи у него так себе. Но ему, видимо,
наскучил судебный процесс, раз он развязал нам руки.
-Я понял. Что ж, здорово, а ставку он нам не поднимет? – прищурился Ройланд.
-Об этом он ничего не говорил, - Дезмонд допил виски и открыл ящик тумбочки, стоящей у стола.
–Это тебе, - он вытащил револьвер и протянул его Ройланду. –Надеюсь, тебе не придется им
пользоваться.
-Мэр слишком много от нас хочет, - сказал Ройланд, вращая оружие в руках. –Он не думает нас
подмять?
-А зачем это ему? Благодаря тебе у нас выросла раскрываемость в три раза, Хаммер тоже фигней
не страдает, хотя его алкоголизм нас затащит очень глубоко, мне кажется.
-Ладно, я понял. Спасибо.
Ройланд вернулся в свой кабинет, с громким стуком убрал револьвер в комод и за остывшей
чашкой кофе принялся изучать убийство. Ему понадобилось пять минут, чтобы узнать, кто был
убийцей. Не долго думая, он сразу же отправился в участок.
-Лейтенант Лиллард, есть тут такой?
Молодой человек лет двадцати пяти с очень испуганными глазами подошел к нему.
-Ну что, сынок, - глядя прямо ему в душу, сказал Ройланд. –Сам сознаешься?
-Сам, - еле слышно выдавил парень.
-У меня нет полномочий выносить обвинения и брать под стражу, - громко проговорил детектив. –
Но я знаю, что этот молодой офицер виноват в смерти сержанта Бенинга и двух гражданских. Все
верно? – обратился он к Лилларду.
-Верно.
-Громче!
-Да, это так, - прокричал лейтенант, и из его глаз выкатились слезы.
Сразу же подбежало еще два офицера. Они быстро скрутили парня и уволокли его в камеру.
Ройланд прошел в кабинет к Вудсу:
-У вас работают полицейские или аморфные тюлени? – с вызовом сказал Ройланд.
Вудс ничего не успел сказать, как детектив продолжил:
-Либо вы действительно даже под микроскопом разглядеть ничего не можете, либо кто-то
состоял в сговоре с Лиллардом, а это уже в разы хуже.
-Но как так быстро? – удивился капитан.
-Секрет, - резко произнес Ройланд. –Теперь, когда дело сделано, я жду остаток.
-Конечно, - Вудс открыл ящик стола, вытащил конверт и протянул Ройланду. –Пересчитывать
будешь?
-Вы же полицейские, на страже закона. Вряд ли вы хотели бы обмануть такого, как я. Всего
доброго, - Ройланд крутанулся на месте и быстро покинул участок.