То, как эмпатия развивается у детей младшего возраста, важно для последующего социального развития детей - большая эмпатия у детей младшего возраста связана с более поздней популярностью, качеством дружбы и социальной компетентностью.
Развитие эмпатии у малышей важно для последующего социального развития детей у детей - большая эмпатия у детей младшего возраста связана с более поздней популярностью, качеством дружбы и социальной компетентностью.
Новое исследование помогает нам понять роль, которую матери и отцы играют в этом процессе.
Экспериментаторы наблюдали, как 156 британских двухлетних детей с их матерью или отцом реагировали на куклу, похожую на жизнь, начинающую плакать в той же комнате.
Исследователи обнаружили, что чем больше родитель разговаривал с малышом о плаче, тем больше внимания малыш уделял ребенку.
Когда родители говорили больше, малыш с большей вероятностью описывал эмоции, которые они видели в ребенке - «грустный».
Они не нашли различий в том, как матери и отцы разговаривали со своими мальчиками или девочками.
Сходство ответов эмпатии между мальчиками и девочками, а также между матерями и отцами было поразительным.
Между мальчиками и девочками наблюдалась только одна небольшая разница - девочки предлагали словесное описание эмоций плачущего ребенка (например, «грустный») чаще, чем мальчики.
И две очень маленькие гендерные различия наблюдались среди четырех возможных комбинаций мальчик / девочка, мать / отец.
Мальчики выражали больше страданий в присутствии своей матери, чем их отца, а девочки проявляли больше сочувствия в присутствии своего отца, чем их матери.
Возможно, к 24 месяцам мальчики уже начинают сдерживать свои проявления дистресса в присутствии взрослого мужчины.
Точно так же, возможно, девочки уже привыкли видеть, как их матери занимаются успокаивающими действиями, и больше отсиживаются, если они с матерью.
Исследование подтвердило один важный вывод, который также был обнаружен в других исследованиях о том, как развивается эмпатия:
существует большая разница между малышом, проявляющим дистресс в ответ на плачущего ребенка, и тем же малышом, проявляющим эмпатический ответ.
Некоторые малыши проявляют беспокойство и могут сдерживать свою реакцию и продолжать реагировать на ребенка соответствующим образом.
Для других бедствие становится слишком сильным, и они не могут взаимодействовать с плачущим ребенком, сосредотачиваясь вместо этого на своем собственном бедствии.
Существует связь между показом дистресса и проявлением эмпатии, только когда малыш показывает способность понять и описать ситуацию.
Исследование проводилось на востоке Англии среди образованных семей, завербованных до рождения их ребенка в местных больницах.
Исследователь представил куклу, похожую на жизнь (как «Джордж» для мальчиков и «Шарлотта» для девочек) и положил ее вздремнуть рядом с местом, где должны были играть малыш и родитель.
Родителю было дано указание ответить на интерес их малыша, когда ребенок с дистанционным управлением начал плакать, но не отвечать, если малыш этого не сделал. Реакции эмпатии малыша были измерены: их внимание к плачущему ребенку, его личные страдания, маркировка эмоций ребенка («грустный», «голодный» и т. Д.) И их непосредственное действие, чтобы помочь ребенку. Все в ситуации было настроено одинаково для матерей и отцов.
Реакции эмпатии малышей в исследовании сильно различались: 70% проявили внимание к плачущему ребенку, 39% продемонстрировали умеренный или сильный дистресс, а 44% описали чувства ребенка.
Только 14% действовали спонтанно, чтобы помочь плачущему ребенку. Малыши, которые предложили описание чувств ребенка, чаще демонстрировали спонтанное действие, чтобы помочь плачущему ребенку.
Между тем, в соответствии с предыдущими наблюдениями, не было никакой корреляции между реакцией на дистресс и проявлением эмпатии.