«Тимбукту,— писал ас-Саади,— заполнен суданскими студентами. Это люди Запада [Западного Судана], исполненные страсти к науке».
Многие из студентов становились крупными учеными. В книге ас-Саади приведены выдержки из словаря, составленного суданцем Ахмедом Баба. В этом словаре описана жизнь и деятельность более ста людей науки, а также поэтов, живших в Западном Судане с XIII до середины XVI века.
Жажда знания распространялась и на царей. Так, повелитель Сонгаи Дауд, правивший во второй половине XVI века, основал несколько библиотек и держал особых писцов, которые переписывали для него книги. А малийский царь Канку Муса, который жил в первой половине XIV века, и сам был писателем.
Конечно, большинство жителей средневекового Западного Судана (как и Западной Европы) были неграмотны. Но в царствование Дауда в одном Тимбукту было 150—180 школ, где учились читать и писать.
Все суданцы с уважением относились к знанию и к ученым.
С этим приходилось считаться и царям. Вот почему судьи в Мали и Сонгаи назначались только из среды ученых.
Конечно, среди ученых и поэтов Тимбукту, Дженне и других культурных центров Западного Судана было немало льстецов. Но находились и такие, которые не боялись говорить правду в лицо самому царю. Они возвещали ее от имени угнетенного народа.
Однажды, это было в сороковых годах XVI века, в Дженне приехал сонгайский царь Исхак. Царь велел всем жителям собраться в мечети, а затем спросил, кто их обижает и притесняет. Он, видимо, хотел поразить народ своей любовью к справедливости. Однако никто из рядовых жителей Дженне не решился ответить на царский вопрос.
Внезапно вперед выступил знаменитый юрист Махмуд Бархайоро.
— Искренне ли ты говоришь с нами, о Исхак? — спросил он, обратившись к царю.
— Клянусь богом,—воскликнул изумленный правитель,— я говорю искренне.
— А если мы укажем тебе угнетателя, о котором ты спрашиваешь, как ты поступишь с ним?
— Он получит по заслугам,— ответил царь,— либо смерть, либо палки, либо тюрьму, либо изгнание.
— Что же,— спокойно продолжал Бархайоро,— мы не знаем тут худшего угнетателя, нежели ты сам, ибо ты — отец всех угнетателей, и они могут существовать только благодаря тебе. Никто здесь не захватывает чужого добра иначе, как для тебя, по твоему приказу и пользуясь твоей поддержкой.
По словам Махмуда Кати, который описал этот случай, царь растерялся и вынужден был уехать из города.
Из сочинений того же ученого можно узнать, как именно происходил грабеж простых людей Западного Судана.
Почва долины Нигера, обработанная искусными руками суданских земледельцев, давала богатые урожаи. В одном поместье сонгайского царя работало 200 крепостных. Плохо ли, хорошо ли, но управляющий поместьем должен был кормить их, иначе они умерли бы с голоду.
Оставшееся зерно (в поместье возделывали рис) шло царю. Этот остаток составлял 1000 мунну. Много это или мало? Посчитаем. Мунну — кожаный мешок, который вмещал 200—250 литров.
Другим источником дохода царской казны были подати с городских ремесленников. В Тимбукту было 26 тинди — портновских мастерских. Хозяева тинди держали по 50, 70 и даже 100 подмастерьев и учеников.
К сожалению, Кати не пишет, сколько народа жило в Тимбукту: тогда ведь не было переписи населения. Известный советский африканист Д. А. Ольдерогге считал, что население Гао составляло около 75 тысяч человек. И большинство из них платили налоги своим повелителям.
Горожане и крестьяне Западного Судана жили не лучше и не свободнее, чем простые люди в средневековой Западной Европе. Но, несмотря на бедность, они поддерживали в своих жилищах чистоту и порядок.
В 1352 году в Западный Судан прибыл знаменитый арабский путешественник Ибн-Баттута. До этого он объездил большинство самых культурных стран Востока. И все же порядки, которые он нашел на Нигере, очень ему понравились. В своем сочинении он особо отметил чистоплотность суданцев. «А еще есть у них хороший обычай надевать по пятницам чистую белую одежду... Даже если кто имеет только одну старую поношенную рубаху, он стирает и чистит ее, а затем идет в ней на молебен».
Более образованные и богатые суданцы не уступали в чистоплотности древним грекам и римлянам.
Махмуд Кати передает удивительную историю про малийского царя Канку Муса. Царь совершал хадж (паломничество) в Мекку — священный город мусульман. С ним отправилась и жена его Инари Конте. Их сопровождал большой караван. Путь из Мали на Аравийский полуостров, лежал через Египет, а к Египту — через пустыню Сахару.
Однажды ночью царице не спалось. Канку Муса встревожился и спросил, не больна ли она. Инари Конте ответила, что здорова, но очень страдает от грязи и мечтает выкупаться в реке.
Часть третья. Продолжение в части четвертой.