5
Я не могла ничего поделать с собой. Припала к губами к порезу на запястье, из которого уже сочилась кровь. И начала пить. Сказать, что жадно — не то. Начала пить с какой-то сверхъестественной интенсивностью. Я буквально вытягивала кровь из тела. Сделав первые три глотка, я все поняла. Поняла, кто я отныне. Поняла, что за голод меня понудил пить кровь. Поняла, кем был тот козел, кто сделал меня такой. Он, кстати, по-прежнему сидел рядом и подставлял мне для удобства чужую руку, из которой я кормилась. Сложно найти сравнение, чтобы описать само переживание насыщения. Я пробовала дурь в колледже, всякое употребляли, но все это блекнет пред величием чуда из чудес, что открылось мне во вкушении крови человеческой. Неистовость удовольствия заключалась даже не столько в чистом и прекрасном кайфе, сколько в переживаниях духовного характера. Я будто бы впервые открыла для себя «жизнь», «бытие» и «реальность». Словно пробудилась от убого сна, в котором бродяжничала до сих пор. Теперь я — это не просто девочка Энн из поместья зеленые крыши. Теперь я — Космос. И когда я напьюсь крови, а я намерена высосать всю кровь мира, тогда звезды спадут с небес!
Вот так меня встряхнуло приобщение к главному смыслу жизни вампира. Я и правда собиралась скушать досуха свою первую жертву, услужливо приготовленную вампиром, что обратил меня. И было еще кое-что. Начав впитывать кровь из запястья, я глоток за глотком стала приближаться к познанию сущности того, чью жизнь я сейчас поглощала. Где-то краешком сознания я слышала голоса, образы, запахи и воспоминания, снятые от первого лица. Картина узнавания становилась все ярче, когда я вдруг поняла, что знакома с этим человеком. Это был Мэт Ролевский, мой добрый приятель, молодой католический священник, которого я и притащила в этот ночной клуб, чтобы не идти одной. Урод, что обратил меня, притащил сюда Мэта и вскрыл ему запястье, накидав на него сверху подушек. Он прекрасно знал, что очнувшись, я не смогу сопротивляться безумному зверю, который попросит кушать…
◄ продолжение ►
