Начнем издалека. С 2010 года в системе образования внедряются образовательные стандарты «нового поколения» (ФГОСЫ). Если раньше в основе образования были «знания», то теперь «компетенции» (или навыки). Вместо фундаментального и системного подхода в освоении учебных предметов – теперь подход «деятельностный», «личностно-ориентированный». Никто вроде не «против»: неплохо, когда образование приближено к жизни, когда дети понимают, зачем изучают, например, математику или физику, и как это им в жизни пригодится. Вот и экзамены в 9 классе (ОГЭ) в этом году сильно изменились, в них добавили «практики». Теперь по математике, обществознанию, географии нужно будет решать задания из «жизни», по физике и химии – демонстрировать опыты и работу с приборами. Стало меньше тестовых заданий (то есть на проверку теоретических знаний). Говорят, и ЕГЭ через пару лет тоже начнут меняться в этом направлении.
То, что «деятельностный» подход внедряется уже 9 лет, никто особо не замечал. Родители не были в курсе. Учителя работали, как умели: выполняли «программу», натаскивали учеников на типы заданий итогового контроля (ОГЭ и ЕГЭ). Многие не особо задумывались, что их задача теперь учить не «знаниям», а их применению. Преподаватели «старой закалки» не могли понять, как это – преподавать не знания, а «навыки», поэтому учили как в старые добрые времена. И слава богу!
Мы часто хвалим советскую школу. За ее системный подход. 1960-е годы, Д. Кеннеди сказал: «Советское образование лучшее в мире. СССР выиграл космическую гонку за школьной партой». В 1991 г. Россия занимала 3-е место в мировом рейтинге по уровню образования. После «реформирования» мы переместились на сороковое. И это не вредительство, а целенаправленные действия.
Кто внедряет в России «компетентностный» подход и почему? Каковы будут его последствия? Разработкой реформы образования занимаются мало знакомые широкой общественности структуры (агентство стратегических инициатив, школа управления Сколково). Одним из самых заметных идеологов реформ является глава Сбербанка Г.Греф. Подробно о деятельности разработчиков можно почитать в книге О.Четвериковой «Трансгуманизм в российском образовании».
Цель реформаторов – подготовка молодого поколения к новым реалиям рынка труда. Какую действительность застанут они, закончив учебные заведения? Цифровая экономика, автоматизация и роботизация – жизнь изменится до неузнаваемости. Встраиваться в нее будут работники нового типа – умеющие применять набор навыков в зависимости от коньюнктуры рынка труда, привычные к переменам, умеющие приспосабливаться под новые условия, быстро обучающиеся. Иначе говоря идеальный работник это- человек -«функция». Ему не нужны будут системные фундаментальные знания о своей профессиональной деятельности, достаточно фрагментарных и узкопрофильных. Для цифровой экономики не будет требуется такое количество людей с высшим образованием.
Как последовательно достигается снижение уровня массового образования ? Сначала в школе – обучение «навыкам», минимальные требования к освоению школьных программ, несложные выпускные экзамены из 9 класса. Далее: затруднено попадание в 10 класс, поток старшеклассников перенаправлен в колледжи для освоения прикладных профессий. Количество вузов и филиалов сокращено на 40%, поступление в вуз становится все сложнее. В вузах учатся меньше, теперь в основном на бакалавриате. Цели переподготовки и переобучения достигаются благодаря электронным экспресс курсам.
Что происходит на выходе? Создается армия универсальных управляемых работников -потребителей, «человеческого ресурса», адаптированного под задачи крупного бизнеса и цифровой экономики.