В молодости когда я был не обременен семьей и другими заботами мне приходилось работать в одном богом забытом жко. У нас в поселке на окраине за оврагом находился район, всего одна небольшая улица. Раньше там был небольшой завод по производству щебенки, в то время и появилась эта улица.
На ней была одна пятиэтажка, одна четырехэтажка и пять двухэтажек. Там же была своя котельная, которая еще работала на угле и отапливала только эту улицу. Завод закрыли, а улица и люди остались выживать без финансирования. Нет какие то копейки давало государство но очень мало.
Другие коммунальные конторы никто не хотели брать эту улицу на баланс, поэтому котельная еле дышала, как она еще вообще работала непонятно. Начальником там была хорошая добрая женщина, как она выкручивалась на одном энтузиазме тоже никто не понимал. Контора жко находилась в подвале четырехэтажки в ней работало всего семь человек, но каждый получал полторы две ставки, по другому никто работать туда не шел. Специальности были такие; работали две женщины, одна начальник она же мастер и снабженец, вторая молодая девчушка кассир она же бухгалтер и дежурная на телефоне. И пять мужиков, один сварщик- водопроводчик, второй слесарь- электрик, и трое кочегаров- дворников, но на деле все делали все и все вместе.
Летом там делать было нечего, нет делов было очень много, но делать было не из чего, никаких запчастей, труб, задвижек, кранов и прочих комплектующих никто не давал, поэтому перебирали из старья, даже начальница идя на работу подбирала все железки которые ей попадутся по пути и приносила с собой. Устраивался я в это жко на зиму три раза и меня брали без разговоров, не из за того, что я был незаменимый и хороший работник, а просто начальница жила со мной в одном подъезде, и если в выходные или праздники происходила авария я был всегда под рукой. А аварии зимой там происходили регулярно и по закону подлости чаще всего в праздники. Поэтому в праздники я был палочкой- выручалочкой для всей бригады, исправлять ситуацию приходилось мне.
Вот опять на зиму я пошел работать в эту контору, десять минут пешком и на работе, не надо два часа ехать в город. Зима началась с холодов но мы еще как то справлялись с ситуацией, крупных аварий пока не было.
И вот на новый год тридцать первого декабря ударил мороз под сорок, котельная работала на всю свою оставшуюся мощь, у меня сердце чувствовало, что эти праздники без аварии не пройдут, поэтому в гости никуда не пошел, хотя меня звали друзья. И вот за два часа до нового года заходит начальница с испуганным видом и сообщает, что прорвало трубу отопления в подвале пятиэтажки, надо собирать бригаду, главное найти сварщика, а как их соберешь, если все отмечают праздник. Тогда хотя- бы перекрыть эту пятиэтажку от центрального отопления, я ей говорю, - ничего не получится, задвижка которая перекрывает этот дом сто лет как не держит. У нее надо снимать головку и менять внутренности, котельную останавливать, тушить котлы и спускать воду из системы,- тоже нельзя, в такой мороз разморозим всю систему отопления. Выход один, менять внутренности ничего не отключая под давлением и в кипятке, пусть кочегары топят не на всю мощь, чтобы можно было терпеть кипяток и не обвариться. Подвал у пятиэтажки уже затопило кипятком, от пара ничего не видно, мы вдвоем со сварщиком в трусах и в резиновых сапогах, чтобы не поранить ноги, потому что воды в подвале было по пояс и сапоги были бесполезны.
Кочегары сбавили обороты, подкидывали уголь чтобы только не потухли котлы, но вода была все равно горячая особенно когда сняли головку, она била нам в лицо, кое как мы все заменили, и перекрыли дом. Потом заварили дыру, управились со всем этим только к вечеру первого января, но домой не пошли, все собрались в конторе, начальница на свои деньги накрыла стол, собрались уже все работники нашей богом забытой конторы, и решили праздник продолжать отмечать на работе, на всякий случай, мало ли что еще произойдет.