Конечно, сейчас «Взгляд» основательно забыт и это закономерно. Однако то немногое, что помнится – весьма искажено современным контекстом и меня это огорчает.
Очередную книгу об этом проекте я назвал «Мушкетёры перестройки». Хотя мушкетёрскую формулу «Один за всех и все за одного» ведущие исполнили лишь наполовину. «Все за одного» у них как-то не прокатило. Зато Влад Листьев «один за всех» принял пулю.
Для книги отобрал 30 респондентов и подготовил 30 вопросов. Естественно, не все тридцать каждому из собеседников задавал.
Одна из ключевых тем: «Что было самым заметным и достойным в этом проекте?».
Евгений Бекасов, главный редактор канала «Россия 24»:
«Свобода слова и правда о событиях того времени».
Андрей Вульф, мотивационный спикер:
«Сложно сказать. Темы, ведущие и их внешний вид, атмосфера, интонация, музыка. Это был очень честный и прорывной проект для своего времени».
Владимир Глазунов, ведущий шоу «Рожденный в СССР» (канал «Ностальгия»):
«Самым достойным в этом проекте была сама возможность говорить открыто, без прикрас. Моментальная реакция на события в СССР, возможность добраться до первых лиц».
Отар Кушанашвили, «ТВ Центр»:
«Это «май фэйворит квесчин», если принимать в соображение, что я лучше всех в мире умею объяснять трансцендентные чудеса (даже те, что в решете).
Я объясню, чем меня полонил — навсегда! — «ВЗГЛЯД».
Бесконечным количеством энергии и при этом — очень четким пониманием собственного признания.
Одухотворенными, нездешними рожами, словно знающими грузинскую пословицу «Доверие приходит пешком, но уезжает верхом».
Сочетанием «путаных зарослей теории» и живой, всамделишной жизни.
Умением казаться легкими и не быть при этом тяжко дающемся умении поверхностными.
Это как после Данилы Козловского увидеть ШОНА ПЕННА в фильме «Я — СЭМ».
Как прочесть нобелевскую лекцию БРОДСКОГО (найдите кусок про ДИККЕНСА).
Как хлеб с солью после ресторана.
Как БАБАДЖАНЯН после БАСТЫ.
Как радуга после хмурого дня, обещающая невозможное».
Владимир Легойда, пиарщик РПЦ:
«Новая тональность. Совсем другое общение. Разговор, которого раньше не было и быть не могло».
Татьяна Луговых, «Москва 24»:
«Абсолютная честность. По крайней мере мне тогда так казалось. Мы верили этим ребятам, поскольку если не они, то кто тогда говорит правду? Это просто был диалог со зрителем, чего не было до них. На смену сводкам ТАСС пришли совсем другие новости и другие герои. Не ударники производства, а военкомы из призывного пункта, которые вытаскивают наших солдат из плена».
Анатолий Сивушов, киносценарист:
«Разговор со зрителем «напрямую». Тогда ведь было только «вещание», то есть телевизор «вещал», а зритель внимал. «Взгляд» одним из первых принес в советское телевидение то, что сейчас называется «интерактивом» - появился диалог».
Марина Юденич, писатель & политолог:
«Проект резко и радикально выбился из общей канвы советского телевидения. Он был живым и дерзким. По тогдашним меркам, разумеется».
***
Да, и насчёт заголовка. 3 из 30 = это не три из тридцати мушкетёров, это третий из тридцати вопросов.