Любовь – это счастье,
А счастье – стекло…
Стеклянному счастью
разбиться легко…
Он протянул руку, тёплую и сильную. Как она была нужна именно сейчас, эта рука помощи. Сейчас, когда на душе пасмурно. Когда душа металась и страдала, ныла, как рана незаживающая…
Душа приняла эту руку, как спасательную соломинку. Согрелась теплом руки, почувствовала силу её, и сама стала сильней. Боль стала отступать, уходя все дальше, оставляя израненную душу.
Тепло его руки медленно поступало к ней, через кожу, ласкало, согревало, успокаивало…
И душа ее ответила на это тепло. Распустила прекрасные лепестки свои, зацвела ромашкой белою.
А он протянул руку и погладил по плечу. Ласковая, горячая рука. И душа затрепетала. Потянулась к ласке этой, как мотылёк на свет. Не побоялась обжечься, не побоялась крылышки опалить. Ответила на тепло руки всей своей горячей, нерастраченной нежностью.
Он открыл свои объятья – рванулась душа навстречу, прижалась со всей страстью своей, запылавшей костром. И запылал костёр пожаром. И стали они гореть в этом жарком пламене. Им было жарко, им было мучительно сладко. Забыли они о стуже, о непогоде, о дождях, о ветре…
А ветер дунул со всей своей силой ураганной… и задул этот костер. А следующий порыв ветра разбил вдребезги хрупкое, стеклянное счастье, растоптал нежную и белую ромашку, вырвал ее с корнем из души выздоравливающей… и оттолкнул их друг от друга, разорвал объятия…
И как не тянулись их руки друг к другу, ветер не давал рукам соединиться… унося всё дальше их друг от друга…
И заметалась душа, застонала, зарыдала… и стала собирать осколки в ладошки, стеклянные осколки разбившегося счастья… И сложила она эти осколки в уголок своего сердца, и хранит их бережно, перебирает нежно пальцами и помнит… помнит тепло руки его.
...Это просто плачет небо
О судьбе моей.
Может, быль, а может, небыль,
Тайна прошлых дней.
Было, не было – не знаю,
Только я опять
Ничего не понимаю,
Не хочу понять!
Да наверно, и не важно,
Было ли всерьез.
Только на ресницах влажно
Стало вдруг от слез.
Ведь казалось, было чудо,
Чудо из стекла.
Но разбилось, как посуда –
Я не собрала.
Не собрал и ты, ну и что же,
Никому, видать,
Этих стеклышек ничтожных
Не дано собрать...