В данной статье отражено мое собственное исследование состава преступления предусмотренного статьей 330 УК РФ (самоуправство). Используя размещенные в свободном доступе сети интернет нормативные правовые акты Российской Федерации, а так же комментарии к ним, мной проведено собственное исследование и подготовлен материал, предназначенный как для студентов юридических ВУЗов, так и для интересующихся граждан. Статья размещена в научных, учебных и информационных целях. Ссылка на источники в конце статьи.
Признак оспариваемости преступного самоуправства зачастую ошибочно трактуется правоприменительными органами. Как правило, наличие жалобы или обращения по факту самоуправных действий рассматривается как «оспаривание», предусмотренное ст. 330 УК РФ. При этом временному элементу оспаривания значение не придается, поэтому обращение потерпевшего по факту нарушения его интересов самовольными действиями обвиняемого может иметь место по прошествии длительного периода времени с момента совершения данного деяния. Однако конструкция состава самоуправства построена таким образом, что действия преступника должны отвечать всем признакам, предусмотренным ст. 330 УК РФ, в момент их совершения. Следовательно, оспаривание действий виновного гражданином или организацией должно осуществляться непосредственно в момент их совершения, т. е. преступник в силу объективных обстоятельств обязан понимать, что заинтересованный субъект выражает несогласие с его самовольными действиями, противоречащими порядку управления.
Признак самовольности позволяет отграничить самоуправные действия от ситуаций, когда субъекту правоотношений предоставлена возможность поступать с некоторым отступлением от требований законодательства.
Например, лицо, которое на основании решения суда имеет право требовать от других граждан освобождения жилого помещения, без обращения в службу судебных приставов-исполнителей самостоятельно совершает действия по принудительному выселению ответчиков с занимаемой площади (достаточно распространенный вид самоуправных действий). В случае если граждане, в отношении которых производятся данные действия, не оспаривают их в момент совершения, то содеянное можно рассматривать как самозащиту права, санкционированную гражданским законодательством в качестве одного из способов обеспечения имущественных интересов. Квалификация деяния по ст. 330 УК РФ в этом случае недопустима, так как отсутствует один из обязательных признаков объективной стороны данного преступления. Если в результате вред причинен гражданам или юридическим лицам, то содеянное может быть квалифицировано по другим статьям уголовного законодательства.
Еще один признак преступных самоуправных действий — самовольность — также вызывает споры в науке и практике применения уголовного законодательства. Например, Ю. В. Сапронов полагает, что любое преступление по своей природе самовольно, так как деяние, совершенное без воли субъекта, не может являться преступным в силу ст. 14 и 40 УК РФ. В этой связи он предлагает отказаться от данного признака самоуправства.
Иного мнения придерживается О.В. Соколова, рассматривающая самовольность в качестве отличительной особенности данного преступления, характеризующей отсутствие у преступника законного права совершать действия вопреки установленному порядку управления, что допускается в отдельных случаях, предусмотренных законом, например при самозащите гражданского права (ст. 14 ГК РФ). Данная точка зрения представляется более близкой к истине, поскольку признак самовольности позволяет отграничить самоуправные действия от ситуаций, когда субъекту правоотношений предоставлена возможность поступать с некоторым отступлением от требований законодательства. Практика показывает, что подавляющее количество уголовных дел по фактам преступного самоуправства возникает из споров в сфере имущественного оборота, базирующегося на принципе диспозитивности, позволяющем участникам отступать от норм действующего законодательства. Поэтому закрепление признака самовольности необходимо, чтобы подчеркнуть неправомерность противодействия преступника общественным отношениям по поводу реализации государством установленного порядка управления. В.А. Владимиров и Ю. И. Ляпунов подчеркивают, что самовольными применительно к составу самоуправства признаются действия, которые совершены без получения соответствующего разрешения со стороны органов власти и управления (например, судебной инстанции, администрации и др.).
Признак самовольности самоуправных действий в правоприменительной практике проявляется следующим образом.
Замоскворецким межмуниципальным районным судом г. Москвы В. был осужден за самоуправство с применением ст. 200 УК РСФСР. Согласно материалам уголовного дела подсудимый, являясь вкладчиком денежных средств в АОЗТ «Тяндьи» концерна «Тибет», в декабре 1994 г. совместно с другими лицами, не осведомленными о его преступной деятельности, самовольно захватил строение, принадлежавшее ТОО «Россиянка» и АОЗТ «Орфей» (также входивших в состав организации «Тибет»), выдворив сотрудников этих предприятий и выставив охрану, самоуправно распорядился имуществом данных фирм в целях погашения долга концерна перед вкладчиками. Действия В. признаны самовольными в силу того, что он не имел соответствующего судебного акта об обращении взыскания на имущество потерпевших организаций.
При создании статьи использовались материалы, размещенные на сайтах: http://www.consultant.ru/, http://stykrf.ru/330, https://pravo163.ru/.
Подписывайтесь на канал с научной и учебной информацией.