Здравствуй, читатель! В этой статье, в продолжение цикла "Опера", мы поговорим о том, как же выглядела древнегреческая опера, по каким канонам и традициям строилась.
Предыдущая статья - Греческая опера. История возникновения
Обо всем этом пел «ансамбль» людей, нарядившихся козлами, хором выдающих свое ликование, в печальных напевах рассказывающих о своих горестях, смело перемежая возвышенные слова с непристойными, прекрасное — с вульгарным. Но о чем бы ни повествовал хор, песнь не смолкала ни на мгновенье, как не утихал ни на миг ритм движения танца, ведь суть дионисовых празднеств — отвести силы, накопившиеся у людей во хмелю по двум широким каналам: через песню-экстаз, рвущуюся из легких, и через полный радости ритм, до предела распиравший, а потом расслаблявший мышцы участников маскарада.'
Как мудрый садовник новыми и новыми прививками облагораживает дикую грушу, так и человечество в ходе своей истории облагораживает миф, который, казалось бы, вот-вот будет предан забвению. Празднества в честь бога виноградной лозы сливаются с торжествами в честь легендарных героев тех городов, где устраивались дионисовы игры. И вот хмельной дух Диониса принимает в свои объятья героев, имеющих человеческое прошлое, которые боролись, терпели неудачи, побеждали. Игра пробуждает и в исполнителе, и в зрителе мысли о судьбах людей, о тяжелой доле всех нас. Вместе с героем появляется и первый актер, который уже выделился из ансамбля: на слова хора он отвечает сольной песней, на массовые танцы — индивидуальными жестами. Но не следует думать, что в то время процветает лишь потрясающая, героическая драма в исполнении хора. Завоевывает себе место и комедия, дополняемая сценической игрой. Становящаяся все более умелой писательская техника нисколько не мешала участникам комедийной игры оставаться верными традициям дионисовых игр, и, в прежнем духе, скабрезностями развлекать публику, не раз беря под обстрел и присутствующих, уже не в шутку разоблачая темные стороны их общественной и частной жизни.
Ныне всем хорошо известно, каким был великий греческий театр, театр Афин эпохи расцвета, но, пожалуй, будет нелишне показать и некоторые музыкальные стороны этого театра. Вот как формулирует вышеизложенные мысли Эрик Бете в своей книге «Греческая поэзия»:
«...и трагедия, и сатирическая комедия уходят своими корнями в хоровое пение. Хор явился тем самым основным материалом, который и позднее служил сутью игры на сцене. Так обстояло дело и у великого мастера трагедии Эсхила. В его первых трех трагедиях игра и пение хора занимают большую часть времени всей постановки. Выдающиеся трагики древности, в том числе и Эсхил, были известны как замечательные знатоки музыки и танца. Ориентация древнего театра на музыку столь сильна, что Эсхил даже в одном из главных своих произведений, в «Орестее», весьма значительное место отводит музыкальному элементу. У Софокла начинает развиваться драматический элемент, причем за счет музыки, но третий великий трагик, Еврипид, восстанавливает ведущую роль музыки, украшая свои шедевры продолжительными вставными песенными номерами, сольными ариями».
«И только сто лет спустя появляется «чистая драма», безо всяких музыкальных добавлений, предположительно, в комедиях Менандра».
«Для того, чтобы понять аттическую трагедию, творчество Эсхила, необходимо иметь в виду тот факт, что музыка играла здесь огромную роль. И хотя эта музыка не была многоголосной и исполнялась на одном инструменте, подобном кларнету, а мелодии звучали лишь в унисон ему, все-таки менялись тональности, темп и ритм, а этого было достаточно, чтобы завладеть воображением слушателей». Однако не следует думать, что такое слияние сценической игры, драмы, песни, хора и танца встречается только у древних греков. Совсем нет. Эта склонность к соединению различных видов искусства, когда текст поясняет мелодию, мелодия окрыляет текст, когда паузы в драме заполняются оркестровыми эффектами и, наконец, когда на сцену выносится воплощенная в специфическую форму музыка — танец, этот своеобразный способ художественного выражения мыслей встречается у всех древних народов. И-Кер-Неферт, египетский писец при дворе XII династии фараонов, еще в 2000 году до нашей эры делает запись о том, что во время празднеств Озириса, устраиваемых на берегах Нила, декламаторы, певцы, танцоры и драматические артисты в спектакле-мистерии воспроизводили перед верующими историю смерти, воскресения и возвращения божества к власти. Это «оперное представление», разыгранное почти четыре тысячи лет назад, длилось несколько недель: сцена была устроена на нильской галере, а продолжительность спектакля определялась многими сотнями километров пути по воде. Публика, размещавшаяся по берегам, разумеется, не могла видеть всей игры и наслаждалась лишь той частью музыкальной мистерии, которая исполнялась перед данным участком берега, каждый раз перед святилищем, местом поклонения Озирису.
Может возникнуть вопрос: зачем здесь говорить обо всем этом? Разве это поможет нам лучше понимать оперу, речь, произносимую в виде песни, музыкальную драму? Несомненно! Из всего сказанного явствует, что опера — не что-то искусственно выдуманное, созданное в реторте, не произведение искусства, далеко стоящее от действительности. Как раз наоборот: опера — это способ художественного выражения, столь же древний, как и наша культура; она также является частью громадных усилий человечества, которые дали возможность писателям, поэтам, музыкантам с помощью средств искусства изображать жизнь, великие чувства, вечные мысли.
Следующая статья - Почему опера непонятна большинству? Доступность оперы в истории