ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ
София вернулась с курсов совершенно разбитая, кажется она умудрилась простудиться. Бабушкин телевизор бил набатом прямо в мозг. Очень сильно, нестерпимо захотелось домой - в свою комнату в свою кровать. Ощущение загнанности и безысходности свалилось на нее тяжким грузом. Она вызвала такси и начала лихорадочно собираться домой насовсем. Хватит с нее чужого дивана, этой художки. Этой дурацкой, выматывающей кочевой жизни. Хватит.
Глеб увидел Софию из окна, с трудом выждал 40 минут и пошел возвращать её отцу шуруповерт, взятый исключительно как предлог вернуться. Отдавая прибор, Глеб поинтересовался когда начинать занятия. Но отец Софии сказал, что дочь приехала в таком состоянии, что он не стал об этом говорить с ней. Она была немного не в себе от усталости и, видимо, температуры. София разболелась.
Глеб твёрдо решил, что завтра не пойдет ни в какую школу.
София открыла дверь сама. В шали прямо поверх пижамы она выглядела жалко и трогательно одновременно. Судя по лихорадочному румянцу и теням вокруг глаз, ей было совсем худо.
--Лиза в училище, после обеда придёт, - зачем-то сказала она.
-- Врач уже был?,-коротко спросил Глеб, без приглашения проходя в комнату.
-- Нет еще, - сипя ответила София.
-- Значит будем лечится. Молоко, масло есть? - спросил Глеб, уже заглядывая в холодильник.
-- Нееет, я эту гадость пить не буду! Меня вырвет! - попыталась протестовать Софи.
--Не вырвет, - уверенно сказал Глеб, и Софи обреченно опустилась на кухонный стул, наблюдать как Глеб готовит зелье, чтобы ее отравить.
Глеб приготовил Софии "Волшебное какао" по рецепту мамы, растопив в молоке пару долек шоколада, ложечку сливочного масла и ложечку сахара. София с опасением уставилась на поставленную перед ней кружку с напитком и боязливо принюхалась. Пахло вкусно-вкусно. Она сделала первый робкий глоток и уже с удовольствием второй.
-- Вкусно? - спросил с улыбкой наблюдающий за ней Глеб.
-- Очень! Еще хочу! - весело сказала София.
Врач пришел через пару часов, выписал антибиотики и покой. Глеб не ходил в школу и на следующий день.
А еще через день Софи встала к нему чуть сбоку, наблюдала как он протирает посуду и вдруг спросила:
-- А если я сейчас поцелую тебя, ты тоже заразишься?
Отвечать Глеб не стал, он сгрёб ее в охапку и впился долгим, жадным поцелуем в губы, почти теряя от нахлынувшего счастья голову.
Поднял на руки и, почувствовав как она испуганно затрепетала , нежно прошептал на ухо: Не бойся, моя маленькая, я просто уложу тебя спать.
Лиза зашла в комнату Софи узнать как она и увидела их лежащих вместе: Софи под одеялом и Глеба поверх, в одежде. Лиза грустно улыбнулась, хотела всплакнуть, но передумала. Решила пока дать им поспать еще пару часов до прихода отца. Жалко будить, очень уж трогательно они смотрелись.
Продолжение следует...
