Первым с приходом осознанного атеизма ко мне постучался страх смерти. Громко так постучался. Спать не давал. Думать и делать мешал. Мне везде мерещились угрозы. Так совпало, что в те нелёгкие дни внезапно от сердечного приступа умер мой однокурсник. От осознания, что можно вот так быстро покинуть мир, было нестерпимо дурно, и похороны явились для меня настоящим испытанием.
Но я понимала, что жизнь в страхе – это и не жизнь вовсе и с этим надо что-то делать. И начала искать информацию, как другие с этим справляются. И нашла. Пройдя четыре стадии принятия неизбежного (отрицание, гнев, торг, депрессия), я добралась до пятой, где меня немного успокоила фраза Марка Твена: «Я не боюсь смерти. Я был мёртв миллиарды лет до того, как появился на свет, и не испытывал от этого ни малейшего неудобства».
Постепенно многие неврозы ушли из моей повседневности. Исчезли боязни темноты, потусторонних сил, сущностей и привидений, не упокоенных душ, вечной кармы и прочего. Однажды ночью пришлось одной идти по лесу и полю, и я словила себя на мысли, что чувствую спокойствие. Представила себя год назад и поняла, что в такой ситуации села бы и заплакала от ужаса и безысходности. Я прожила нереальный кайф — ощущать себя не маленьким запуганным ребёнком, а взрослым, который сам отвечает за себя.
Я больше не ищу причинно-следственных связей, создавая себе всё новые и новые задачи. У меня появились ответы на вопросы «почему и за что?» в теме болезней и внезапных происшествий с людьми. Точнее, возникло понимание, что их не нужно искать глубоко, они, как правило, на поверхности. Случайность ли это, закономерность или совпадение, выход один – действовать по ситуации, решить её, а уж потом можно и пофилософствовать. Например, я не могу повлиять на свою генетику, но могу поменять образ жизни, чтобы прожить дольше. Отец моего однокурсника умер примерно в том же возрасте, также неожиданно и тоже от сердечной болезни, как и он. Если бы мой друг задумался об этом, пошёл к врачу заранее и обследовался, то, возможно, сейчас был бы жив. Но часто нам проще поверить в родовое проклятье, калечащее судьбы в каждом поколении, или неизбежность случившегося, чем в то, что можно изменить свои привычки.
Меня перестали пугать генно-модифицированные продукты, соли ртути в прививках, мировые заговоры фармацевтических компаний и стратегии уничтожения народов. Я не знаю, как это связано с атеизмом. Хотя... Когда развиваешь критическое мышление, многие взгляды меняются в разных сферах.
В поисках смысла бытия к своим 35-ти годам я решила: надо просто стараться жить, как хочется, заниматься любимым делом, брать на себя ответственность и стремиться сделать свою жизнь лучше. А что это значит для вас, решать только вам.