В гостях программы «Говорим по делу» побывал психолог Александр Дубовик. Один из вопросов – как стать великим. Есть ли на это однозначный ответ?
— Как стать великим? У кого-то это получается легко. А кто-то всю жизнь пытается, стремится, идет по трупам, но у него ничего не получается.
— А по трупам они куда идут?
— К своему величию.
— А откуда взялось представление о величии? Я думаю, на этот вопрос существует миллион разных ответов. Мой ответ такой: человек становится великим, когда отвечает себе на вопрос: «Кто я? Какой я?». А уже после этого на ответ ложатся травмы, полученные в детстве. Они говорят: «Не, не, не». Надо быть не таким. Надо быть таким, таким и таким. Поэтому человек становится великим, когда он определяет какой он. Потом он отсекает эти травмы, потом он начинает развивать в себе те сильные стороны, которые в нем есть. И тогда у него есть шанс стать великим. Когда все величие заключается в том, чтобы отработать детские травмы, то мы получаем не самую хорошую историю.
Также психолог считает, что, допустим, золотой Mercedes или коллекцию машин нельзя относить к понятию «величие». Это говорит лишь о том, что человек заработал больше денег, чем кто-то иной:
– И что? И как это характеризует тебя, как что-то большое и важное? Что ты чувствуешь при этом? Я подозреваю, что каждая следующая штука, купленная в коллекцию, это корм, который на некоторое время дает ощущение, что я состоялся. По аналогии с тем, что люди заедают стресс. Есть такая история, что человек стресс заедает. На работе начальник сказал что-то, пришел домой – надо поесть. Муж что-то ляпнул – надо поесть. Кому-то надо не пирожное съесть, а купить следующую машину. Но сути это не меняет. Эффект выброса эндорфинов быстро проходит. Человек чувствует себя великим, когда это его внутреннее состояние. Можно быть великим сантехником. И никаким генеральным директором. Можно быть генеральным директором с огромной зарплатой, но без ощущения того, что состоялся. А дело в том, что не удовлетворены потребности из детства.
— А что значит быть великим?
— Я думаю, что для каждого это свое. Нет ответов на вопросы: что значит быть великим, счастливым, успешным. Для каждого это представление свое. Есть старый советский фильм «Однажды двадцать лет спустя», не про мушкетеров. Там Наталья Гундарева в главной роли. Они снимают передачу, где одноклассники через 20 лет рассказывают, кем они стали. И вот собирается класс: кто-то подводник со звездой героя, кто-то директор завода, то есть все в жизни состоялись. А потом ведущий говорит: а теперь вот Наденька, староста, умница, душа класса. А она – мама. А у нее на самом деле десять детей, и она всю жизнь этому посвятила. И это ее выбор, и ее представление о величии. Так вот: куда мы идем? За пирожными и Mercedes’ами, или за тем, что человеку действительно надо. Для этого и нужны психологи, которые позволят разобраться в себе и понять: действительно ли это твое или это травма, которую можно отработать и не жить с этим.
— Но не все же приходят к пониманию, что травма, а что нет. Разобраться в себе достаточно сложно.
— Когда вы разбиваете стекло на iPhone, вы не переклеиваете его сами. Когда у вас ломается машина, вы едете в сервис. Когда вы заболеваете, вы идете к врачу. Вы идете к тому, кто в этом разбирается. Травмой может быть не только насилие, но и, допустим, отсутствие проявления эмоций и любви. Психолог не может за вас решить проблему, но он может вам помочь. Формула плохого психолога: догнать и причинить добро. Не надо так делать. Надо искать ответы.