Статистика играет значительную роль в обсуждении вопроса либерализации оружия, поскольку лишь немногие люди хотят права на оружие любой ценой или же, наоборот, хотят запрета оружия во чтобы то ни стало. Статистика, хотя бы в теории, показывает какие-то факты относительно того или иного явления, давая возможность непредвзято судить о нем. В действительности все куда более запутано.
Оружейная статистика постоянно используется в политике. Причем, статистику особенно любят использовать леволиберальные и академические умы, поскольку если факты нельзя поменять, то ими можно запутать и запугать, одновременно претендуя на “научные доказательства”, а это как раз специальность левых академиков. Вопрос, который обычно ставится применительно к оружию — является ли оружие катализатором насильственных действий, то есть убийств, насилия, грабежей и подобного. Есть ли связь между количеством оружия в обществе и преступностью? Можно ли что-то “подкрутить” в оружейном законодательстве и понизить число тех или иных преступлений в год? В какую сторону изменится наше общество, если оружия станет больше или если его запретят?
Разумеется, эти вопросы являются сферой различных манипуляций. Попытка разобрать по цифрам весь вопрос оружейной статистики едва ли целесообразна, потому что на это понадобился бы громадный отчет страниц на 700 текста, с огромной многофакторной моделью в Excel, сотней таблиц, а читать это стали бы разве что противники оружия от академического мира, желая написать опровержение. Возможно, однажды эту работу стоит провести.
Однако, кое-что можно сделать, не забрасывая читателя уймой графиков и таблиц:
1. Показать, как противники оружия манипулируют фактами.
2. Сделать вывод из статистики, в котором мы точно уж можем быть уверены — связи между оружием и преступностью не существует.
Начнем по порядку.
Если говорить о лжи в СМИ, то выглядит она так:
Так:
И вот так:
Типичный пример искажения фактов от BBC, хрестоматийного представителя левых СМИ. В Британии граждане лишены возможности носить не то что огнестрельное оружие, но даже баллончики и ножи. Для оправдания подобных репрессивных мер ничего лучше, чем сравнение с США, где оружия больше примерно в 20–30 раз, а убийств — в 4 раза, не придумано.
Сужая модель до двух факторов и нерепрезентативной выборки, легко получить желаемый вывод: больше оружия — больше убийств, а значит ужесточение оружейного законодательства просто напрашивается. Громкое и поспешное заключение можно сделать, опираясь на рассуждения, в основе которых удобные для сравнения страны.
Пример США многих волнует, поскольку США имеют две уникальные для развитого мира характеристики: относительно высокий по европейским меркам уровень убийств (5 на 100 тысяч против 1,5+ у Европы) и фантастическое количество оружия — более 1 единицы оружия на каждого американца, как минимум четверть граждан вооружена. В такой простой модели вывод вроде как напрашивается сам собой: снизим количество оружия, уменьшится и преступность. В общем-то, это нигде не сработало, а иногда имело и противоположный эффект.
Взять, например, Австралию, где оружие попросту частично конфисковали. Разумеется, без дифирамб такой прогрессивной мере не обошлось, однако, с введением запрета на оружие, снизилось количество преступлений именно с огнестрельным оружием, но на количество убийств или уровень преступности в целом это не оказало какого-то положительного воздействия — преступники перешли на колюще-режущее. Парадоксально, но жестокие преступления, совершенные не с огнестрельным оружием, противников оружия волнуют намного меньше.
Надеюсь, не нужно объяснять, что проблему представляет не то, что людей убивают конкретно огнестрельным оружием, а то, что людей убивают в принципе. Имея возможность, как убийцы, так и самоубийцы будут использовать именно эффективное оружие, чтобы воплотить свои замыслы в жизнь, то есть вопрос не в том, как люди убивают, а в том, как часто это делают. Не имея огнестрельного оружия, они будут использовать подручные предметы, но задуманное осуществят.
Причем Австралия, в принципе, не является безоружной страной, по 14 стволов на 100 человек, и это вопреки усилиям их правительства, которое прошлось по правам граждан бульдозером. Если уровень преступности и количество оружия имеют хоть какую-то зависимость, а противники оружия из кожи вон лезут, чтобы это доказать, то мы должны это увидеть на данном примере: в Австралии по такой логике должно быть в несколько больше убийств с использованием оружия, вот только, к счастью для австралийцев, количество стволов не связано с количеством убийств. При 14 стволах на 100 человек, у них около 1 убийства на 100 тысяч.
Необходимое уточнение: мы говорим не про какие-то условные “преступления”, а конкретно про убийства. То, что зовется “homicide”. Второе, что нас могло бы заинтересовать, это “gun crimes”. Мы отбрасываем их по очевидной причине: в США их будет больше, чем где бы то ни было, просто потому что там много оружия. Иными словами, если огнестрельное оружие есть, то его с большей вероятностью применят, чем, скажем, топор или вилку, но факт частого применения оружия не говорит о проблемах с преступностью, он говорит только о ее характере. Поэтому для того, чтобы хоть как-то сравнивать и судить, мы будем говорить именно об убийствах. Убийство — сравнительно универсальное понятие. Те же “покушения”, “нападения” и прочее — по-разному определяются и учитываются в разных странах.
В том что касается оружия, рассматривать мы будем именно оценку количества единиц на 100 человек. Возможно, логичнее было бы рассматривать количество владельцев, но такая информация доступна не по всем странам, а главное, радикальных изменений по вооруженности стран мира не вносит.
Количество оружия в обществе никоим образом не повышает количество убийств в обществе. Напротив, иногда оружие имеет антикриминогенный эффект, но эти случаи выделить уже намного сложнее. Однако в том, что между вооруженностью граждан и убийствами связи нет, убедиться достаточно просто — достаточно расширить выборку, включив в нее другие развитые страны.
Почему Британцы и другие европейские страны любят сравнивать себя с США, а не друг с другом, когда речь заходит об оружии? Потому что это невыгодно.
Во-первых, уровень убийств по Европе примерно одинаков — в районе 0.5–1.5 на 100к населения, за исключением Восточной Европы и стран бывшего соцлагеря. Более того, уровень убийств, можно сказать, характерен для континентов, не то что стран — мало в Европе, немного в Азии, полный кошмар в Южной Америке и так далее. Количество оружия, однако, везде разное, а вот разница в убийствах невелика.
Еще одна ремарка: цифры незначительно, но округлены, поскольку не по всем странам есть отчетность за один и тот же год и временами данные обновляются. Для этой статьи погрешность в 0.1 не критична.
Чего бы точно противники оружия сравнивать не хотели, так это Британию и Германию. Количество убийств на 100.000 человек согласно ООН (United Nations Office on Drugs and Crime) — 0.9 в Германии и 1.2 в Британии. Германия — страна, крайне зарегулированная во всех смыслах, но оружия там хватает, аж 20 единиц на 100 человек. Местные МВД называют какие-то сумасшедшие цифры по нелегальному оружию — с десяток миллионов единиц. Британия — 6 стволов на 100 человек, тоже очень зарегулированная страна, тоже много нелегального огнестрела. Население у стран условно сопоставимое, то есть это относительно крупные страны. Количество убийств на 100 тысяч примерно схожее, в Германии убивают несколько реже. В отличие от США и Британии, Британия и Германия — это сопоставимые страны. Корреляции между количеством стволов и количеством убийств не обнаружено. Иначе почему тотальная разоруженность Британии не дает преимущества перед Германией по числу убийств? Люди там лишены не то что столов, но даже ножей. Британцам стоило бы спросить: “а где результаты?” Их нет, если не считать бессмысленные аресты за ношение ножей и картофелечисток. Британским леволибералам (вроде BBC) стоило бы прекратить повторять излюбленную мантру про перестрелки в США, взглянуть и убедиться: у их собственных соседей, в пять раз более вооруженных, убийств меньше.
Пример Германии и Британии может ввести в опасное заблуждение: “дело в том, что оружие в странах зарегулировано, вот потому и убийств немного”. Это не так, и доказать это проще всего на примере Финляндии (чтобы взять пример из того же региона). Оружейные законы в этой стране — благоприятные для владельцев. Не США, но некоторая вольница присутствует, хотя и регуляций полно. Оружия — 32.4 на 100 человек, стрелковый спорт в Финляндии можно считать такой же национальной темой, как и бани. Количество убийств — 1.14 на 100к населения. В 16-ом году там убили 63 человека. Разумеется, тут еще и национальные особенности. Видимо, дело не просто в количестве стволов к количеству убийств, даже контроль оружия не играет особой роли. В чем же дело с США?
Факторов много. Как уже было уже было сказано, убийства вообще являются своего рода “континентальной” темой — дальше уровень варьируется в рамках диапазона. Отдельные города в США очень сильно портят статистику, хотя распространенная байка про то, что если убрать Чикаго и еще пару городов, то в США будет другой уровень преступности, это, конечно же, заблуждение.
Вот так это выглядит на портале Статиста. Если обратить внимание, то можно заметить, что дано деление по цвету кожи. Поскольку сказать на эту тему что-то толерантное затруднительно,остается надеяться что уважаемый читатель и сам догадываетесь об определенных “факторах” в американской статистике, а так же о сложной социальной и экономической обстановке в отдельных пластах населения.
Colorado Economy Journal дает такую вот занятную статистику на региональном уровне. Рассматривая региональный уровень, можно увидеть, что в США убийства чаще совершают в южных штатах, граничащих с Мексикой, но дело здесь не только в соседстве. В этих штатах всегда жизнь шла немного иначе, у них своя, особая история, обычаи, нормы. Думаю читатель согласится, что у каждой страны мира “юг” это нечто особенное, Россия не исключение.
Корреляция между уровнем вооруженности и уровнем преступности — не более чем политическая уловка, рассчитанная на тех, кому лень разбираться. Реальность куда сложнее, и как только мы пытаемся сопоставить числа из удобной нам выборки, мы видим: все заявления о связи оружия и преступности — это банальная ложь. В реальности у нас больше факторов, чем количество стволов к количеству совершенных преступлений.
Еще один пример, доказывающий, что убийства с количеством оружия не связаны — это Сербия, позволяющая все свести к элементарной логике.
Самая вооруженная страна — США 120 стволов на 100 человек населения и 4.8 убийств на 100 тысяч человек. Противники оружия утверждают: много оружия вызывает много насилия. В таком случае, самое естественное — это посмотреть, подтвердит ли третья по вооруженности страна данный тезис. Это как раз-таки Сербия.
Сербия — 39 стволов на 100 человек, и 1.3 убийств на 100 тысяч населения. И это Сербия, не Швейцария. Средний европейский уровень убийств и совсем уж не средний уровень владения оружием.
Вторая по вооруженности страна это Йемен. Культура оружия там примерно как в Пакистане — оружие есть в каждом доме, насчитывается 70 единиц на 100 человек. О том, сколько сейчас людей там убивают на 100 тысяч судить сложно, в стране идет гражданская война. Последние данные — на 2013 год. Тогда в Йемене убивали реже, чем в России.
Напоследок, сравним еще две крайности — Японию и Швейцарию. Обе страны иначе как передовыми не назовешь. В Японии убийств действительно мало, 0.4 на 100 тысяч, то есть убивают в Японии редко. То же самое можно сказать и про Швейцарию — 0.5–0.7 убийств на 100.000 человек. Количество оружия, однако, в этих странах различается основательно. Очевидно, дело все-таки не в оружии. Я осмелюсь предположить, что преступность в обеих странах зависит от таких факторов, как культура и ментальность, но это абстрактные субстанции.
Если пример Японии вас завораживает, то обратите внимание и на Исландию. Сходств с Японией у этих стран решительно мало, разве что и там и там живут очень самобытные, необычные люди, а еще, и там и там 0.3 убийства на сто тысяч. Но сходств право же не много, в Исландии оружия примерно в 50 раз больше, чем в Японии — 31,7 единиц на 100 человек. Заметьте, и снова “много оружия” не превратилось в “много убийств”. Вам будут доказывать что это “особые случаи”, что требуется “больше факторов”, но истина уже здесь: увеличение X не ведет к увеличению Y.
Этих примеров достаточно, чтобы доказать, что зависимости между количеством оружия и убийств просто нет. Разумеется, можно создать более сложные модели, учесть еще больше данных, но чем глубже мы будем копать, тем больше мы будем убеждаться, что количество оружия не увеличивает количества преступлений. Есть масса примеров снижения преступности как следствия вооружения на локальном уровне, но сложно утверждать, что повышение вооруженности на 20–30% будет иметь существенный антикриминогенный эффект на федеральном уровне. Мы просто можем отбросить страх, что становясь владельцами оружия мы будем способствовать росту напряженности в своих странах.
Закономерный вопрос — можем ли мы обещать, что преступность в нашем, российском обществе сократится, если оружия станет больше? Ведь, как ни печально, в России 6 убийств на 100 тысяч, довольно много для европейской страны.
Динамика убийств в России такова, что согласно федеральной статистике, показатель убийств в России снижается на единицу в год, что не может не радовать. Это самый что ни на есть настоящий переход. Это дает надежду на то, что при благоприятной социальной и экономической обстановке отдельные регионы нашей страны будут сопоставимы с европейским уровнем. В дальних регионах ситуация сложнее.
Мы не знаем, как изменился бы уровень преступности в России, будь у россиян не 7, а 17 или 37 миллионов единиц оружия — на эти темы можно лишь спекулировать, но качество таких рассуждений будет невысоко. В чем-то, однако, мы можем быть уверены: количество преступлений с оружием в России ничтожно, а связи между количеством оружия и преступностью просто не существует. В России очень ответственные, законопослушные владельцы, и это не оценочное суждение, это факт который признает даже МВД. Так же, нельзя “подвинтить” вопрос оружия и решить этим проблемы насилия в обществе, что отчетливо прослеживается на примере многих стран.
Простым языком все эти данные сводится к элементарному заключению: много оружия не означает много убийств, независимо от того, как именно осуществляется контроль оружия. Разумеется, в вопросе оружия и обоснованности его контроля/либерализации есть еще множество факторов: как осуществляется контроль, насколько “агрессивна” нация, как именно работают законы и как именно они написаны, и многое другое. Однако давайте уже сейчас расстанемся с заблуждением: оружие в обществе не ведет к убийства.
Оружие однозначно не коррелирует с убийствами, зато совершенно точно оно связано с правами граждан — на защиту своей жизни, семьи, собственности, а также на право заниматься любимым делом, будь то развлекательная стрельба, охота или стрелковый спорт. И регулирования столь важных прав явно требует доводов более качественных нежели “в стране А убивает реже, чем в Х, где оружия больше”.